Выбрать главу

— Просто хочу разнообразить, — несмело улыбнулась в ответ Бекки. — У меня в идеях ещё один вариант, но он для определённой песни, которую я пока разучиваю.

— Не терпится услышать. А что в репертуаре сегодня, судя по твоему виду, что-то весёлое? — Лайла понизила голос, и в шумной гримёрке её стало почти не слышно, но Бекки удалось разобрать: — Давай, порадуй меня и скажи, что я смогу пригласить Ральфи потанцевать.

— «Переход через мост», — вздохнула она в ответ на это заявление. — Ты уверена? То, что ваше вчерашнее свидание прошло успешно, ещё ничего не значит. Зато увидев вас вместе, Арти будет очень неприятно удивлён. Да и для ребят из труппы это практически заявление…

Лайла хмыкнула и резко оборвала её на полуслове:

— А мы и не собираемся прятаться, дорогая. Я не сомневаюсь, что намерения у Ральфи самые что ни на есть серьёзные. А если заботиться о чувствах всех окружающих, легко забыть про себя, — вернув на лицо лёгкую улыбку, она заверила: — Выглядишь превосходно. Для кого бы ты ни нарядилась сегодня.

Бекки не успела возразить — со стороны сцены раздались аплодисменты, оповещающие о завершении выступления паренька-фокусника, а значит, следующий выход её. Быстро поблагодарив подругу за помощь с причёской, она выскочила из гримёрной в узкий плохо освещённый коридор, имеющий всего два пути: к запасному входу в клуб и на сцену. Но не успела сделать и трёх шагов в своих красных лаковых туфельках, как сзади её окликнул до дрожи в коленях знакомый чуть саркастичный баритон, уже почти неделю не покидающий навязчивых снов и фантазий:

— Мисс Чейз, какая неожиданная встреча.

Бекки обернулась, едва сдерживаясь от предательской улыбки. Юное глупое сердечко пропустило удар, а затем подпрыгнуло к горлу, грозя испортить голос перед пением. Эта высокая худощавая фигура в строгом тёмно-сером костюме и шляпе с полями, с небрежно расстёгнутым пиджаком и руками в карманах брюк, неумолимо притягивала взгляд.

— И вам добрый вечер, мистер Грант.

— Снова на «вы»? — усмехнулся он, шагая ей навстречу. — Я думал, этот этап пройден.

— Заметь, ты первый начал этот официальный тон, — с вызовом вздёрнула подбородок Бекки, чем безмерно его удивила.

Зак и без того не мог оторвать от неё взгляд, то и дело останавливающийся на полукруглом вырезе платья, а уж с этими азартно вспыхнувшими глазами в груди вскипела даже некоторая тревога. Потому что через пару минут её увидят десятки незнакомых людей, большинству из которых плевать, что она певица — лишь бы хорошенькая мордашка радовала улыбкой. Руки сжались в кулаки от приступа неожиданной для самого себя злости.

Сейчас она будет развлекать этим будоражащим кровь видом пьяную публику, а ему даже в зал не зайти, чтобы получить свою порцию радости — чревато паникой и уходящими посетителями. Ядовитая змея в груди подняла голову с тихим шипением, подчиняя каждый следующий жест и каждое слово.

— Не думай, что я пришёл ради тебя. — Преодолев последний разделяющий их шаг и не отрываясь от созерцания чуть побледневшего личика, он мягко толкнул девушку к стене, располагая сжатые кулаки по сторонам от её плеч. — У меня есть дела поважней, надо поболтать с Мендрейком.

Бекки тонко и испуганно пискнула, подчинённая его тёмными, как сама ночь, глазами и холодным голосом. Заккари оказался неожиданно близко, позволяя разглядеть россыпь родинок на скуле и выбивающуюся из-под шляпы кудряшку. В нос ударил его аромат: табак и цитрус, вливаясь опьяняющим коктейлем в вены. Дыхание участилось от неповторимой ауры опасности, что излучал он одним своим видом. Она не слышала слов — только бьющий в уши пульс.

— Что ты делаешь? — вместо желанного сопротивления в её голосе остались лишь страх и мольба о пощаде.

— Я просто хотел тебе напомнить про долг, — брякнул первое пришедшее в голову оправдание Зак, потому как более здравых идей для ответа в голове не было.

Сказать правду, что он в данный момент буквально питался её чертовски соблазнительным видом и ароматом яблок с корицей? Ну, уж нет — признавать свои слабости он не собирался. Вдохнул поглубже, разжимая правый кулак и невесомо, едва касаясь, провёл кончиками пальцев по её щеке, моментально вспыхнувшей румянцем. Проклял мысленно всё на свете и всех демонов в аду, потому что такая отзывчивость моментально пробудила сотни не самых пристойных мыслей, о которых лучше забыть, если имеешь дело с такой, как Бекки. А она просто стояла, источая сладкий, домашний аромат, украшенная всеми возможными способами — чисто яблочное пирожное из изысканной кондитерской, бери и ешь…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍