Складывалось впечатление, что перед ними — театр одного актера, умело сыгранный. Что любой следующий жест может стать приказом мнущейся у двери охране достать оружие.
Сестра Эллиота медленно, словно боясь именно этого, подошла к нему и сказала что-то по-итальянски. Он ответил тем же, только более раздражённым тоном, и та, помрачнев, вышла из кабинета, закрывая за собой дверь.
— Простите мою грубость, девочка просто безмозглая дурочка, — с прежней фальшивой улыбочкой продолжил Элио. — Присаживайтесь, обсудим, с каким вопросом вы пожаловали в мое скромное жилище.
Бекки закатила глаза: вся эта игра начала жутко ей надоедать. Она в принципе не понимала, чем ещё могла помочь Заккари, а потому чувствовала себя очень неуютно, лишней деталью вычурного интерьера. Пристроившись рядом с ним на диване, невольно удивилась тому, что сам хозяин остался стоять. Однако уже спустя секунду поняла всю хитрость психологического приёма: так он словно возвышался над ними, нагнетая и без того напряжённую обстановку.
— Думаю, ни для кого из нас не секрет, что недавно между ребятами из наших семей произошёл конфликт, — без предисловий начал Зак, тоже ощутивший давление и дикое желание как можно скорей уйти и увести Бекки подальше от жадных рыбьих глаз дона.
— О, да-да, припоминаю… Инцидент на парковке, когда ваши хладнокровные собратья пытались втюхать товар нашему бывшему клиенту… Неприятно, неприятно…
Словно задумавшись, Элио потёр подбородок, а затем демонстративно хлопнул себя по лбу:
— Что же я? Где мои манеры, imbecille, может, кофе, виски, сигару? Дама желает вина? — ленивой походочкой он подошёл к большому шкафу со стеклянными дверцами, распахнул их и оглядел содержимое. — Есть и травки покрепче, а, Джон?
— Спасибо, но мы не планируем задержаться, — сдержанно отказался Зак, все сильней поражаясь такой манере вести дела. Это дон целого клана или шут из шапито? — Если клиент был для вас бывшим, то в чём суть конфликта?
— Только в том, что меня окружают одни stupido bastardo! — устало вздохнул Гвидиче, доставая из шкафа портсигар и зажигалку. — Те парни просто мелкие soldato, до которых ещё не дошла новость о том, что клиент поменял предпочтения. Я надеялся, что мистер Грант не станет обострять ситуацию, все мои парни уже наказаны, включая их капо.
Вопросительно приподняв бровь, Элио закурил сигарету, с явным сомнением не сводя глаз с гостей. Зак поспешил объясниться, пока ситуация не накалилась до опасных температур:
— Змеи ни в коем случае не собирались продолжать конфликт. Он был исчерпан на месте, недоразумение улажено. У мистера Гранта нет претензий.
— Однако, ты и твоя очаровательная спутница здесь? — с усмешкой констатировал Элио, затягиваясь никотином.
— Уверяю, нас бы не было в твоём доме, если бы не внезапная череда преждевременных смертей в наших рядах, — откровенно устав ходить вокруг да около, выдохнул Зак, внимательно следя за реакцией дона.
Нет, каким бы превосходным актёром тот ни был — такое удивление сыграть невозможно. Забыв про сигарету в руке, Элио мрачнел всё больше, пока, наконец, не проронил, сбросив все маски и всё напускное веселье:
— Будь я проклят, если семья Гвидиче станет уничтожать конкурента исподтишка, подобно крысам. Нам знакомо понятие о чести, а с Грантом имеется мирный договор, по которому мы не вмешиваемся в дела друг друга. Не бывать тому, чтобы я стал первым доном, нарушившим свое слово, — твёрдо и уверенно заявил он, буравя Зака тяжёлым взглядом.
Теперь в нем ярко прослеживались наследственные черты истинного мафиози и настоящего лидера — похоже, излюбленный образ шута не всегда был к месту. Не когда речь о людских жизнях и возможной войне кланов.
— Я понимаю, Элио, — кивнул Зак, все больше убеждаясь в том, что эта ниточка, с самого начала казавшаяся слишком прозрачной, и вовсе оборвалась. — Но у нас уже два трупа с перерезанным горлом, и Большой Змей жаждет крови. Проверяем все варианты.
— Мы — не вариант, Джон. Я готов поклясться на костях своего папаши, что не отдавал приказов о вендетте, а если в этом вонючем merda замешан хоть кто-то из моих парней, я лично привезу его на ваш порог и разрешу отрезать голову, как вшивому псу.