Призраки с пустыми глазницами и оскаленными ртами внедрились в карету, завывая замогильными голосами. В голове стало шумно, внутри нее раздавались слова, множество слов и звуков, имеющих одно и тоже значение — призраки молили о прощении, просили выпустить их, отправить за грань. И вся эта лава эмоций резко обрушилась на меня, заполняя разум стонами страждущих прощения грешников.
— Амалия! — меня теребили за плечи, хлестали по щекам. Все бестолку, сознание постепенно ускользало, пока сильная боль не прожгла мою ладонь.
Резко раскрыла глаза, из них словно искры посыпались. Сама завыла, уподобившись призракам и схватившись за место ожога. Закричала еще громче, когда из колечка, данного мне в дар, хлынул яркий фиолетовый свет, заставивший духов грешников исчезнуть. Светящаяся магия заполнила карету изнутри и вырвалась наружу. И там, куда она простиралась, испарялись призраки. Кажется, теперь вся богадельня осветилась фиолетовой магией. Жеребец, оказавшийся свободным от потусторонних существ, поскакал вперед и вынырнул из воронки портала, оказавшись на асфальтированной дороге, уже в двадцать первом веке. Орхиус дернул поводья на себя, и замыленная зверюга начала постепенно замедлять ход. Недоуменно посмотрела на кольцо. Оно снова стало таким, как прежде — просто аметист в серебре, без отсветов магии. Но вот Бенедикту так не показалось:
— Откуда у тебя старинный артефакт?
— Артефакт? — удивилась я, попытавшись снять колечко — бесполезно. Кажется, оно вросло в мой палец.
— Аметистовое кольцо, изгоняющее злых духов за грань, — Бенедикт не без интереса смотрел на пой подарочек, — оно только что спасло твою жизнь и душу. Откуда оно?
— Это подарок, — прошептала я, — из девятнадцатого века.
— И кто даритель? — Бенедикт поморщился и произнес заклинание, опутывая кольцо им. — Такие вещи нужно скрывать. Они привлекают ненужное внимание.
— Это был человек, владеющий темной магией. Он был в маске, я его не смогла рассмотреть.
— А почувствовать? — закончив заклинание, детектив колко посмотрел на меня. — Что-то знакомое.
— Странные ощущения, меня к нему влекло.
— Маска, скрывающая лицо, могла быть артефактом, укрывающим личность существа. Сильный артефакт способен менять черты лица или даже изменять голос. А ты, как медиум, могла почувствовать…
— Сложно сказать, Бенедикт. Я встретила его два раза. Первый у прилавка с украшениями, второй в тот момент, когда на меня напал аспид.
— Аспид? — подобрался Бенедикт.
— Да, он тоже искал слезу грешника…
— Занятно…
Экипаж остановился окончательно, и мы поспешили наружу. А там нас уже поджидали коллеги, в том числе очень злой Уилл Штэмперсон.
— Где Слеза грешника, Бенедикт? — задал сходу вопрос начальник министерства.
— Она у нас, — спокойно сообщил Бенедикт, и не думая стесняться наличию реликвии в своем кармане.
— Почему вы соврали о ее истинном местоположении?
— Изначальное местонахождение Слезы я сообщил совершенно верное. Однако, со временем она была перенесена в музей древностей. Единственный кто мог бы проникнуть в здание и остаться почти незамеченным — призрак. Те, кто мог бы отвлечь на себя внимание, в том случае, если следом за нами пустились наемники Миротворцев, это вы.
— Не находите ли вы крайне безрассудным то, что план добычи реликвии вы не обсудили со своим непосредственным нанимателем? — выходил из себя Штэмперсон.
По мне так, гнев начальства вполне обоснован. Тем более причина неповиновения детектива крылась в ином. Но я молчала. Я — помощник детектива, мое дело во всем подчиняться Бенедикту и следовать его стратегии, пусть она и замысловата.
— Нахожу, кивнул Бен, прошу простить… — детектив виноватым не выглядел совершенно, — по нашему следу вышел, предположительно, наемник Миротворцев — аспид по своей сути. Наверняка, он был не один. Поэтому решение пришло спонтанно.
Врал призрак вампира, не краснея, да и не свойственно ему это, он же дух. Зато наличие магического существа, попытавшегося нас опередить, выглядело как аргумент.
— И, действительно, — включился Даниил, — слежка за нами была. Данный факт мы не можем отрицать. Странность заключается в другом — почему Миротворцы, зная расположение реликвии и указав это в послании, не забрали ее раньше нас? Более того, направили по нашему следу наемников.
— Я принимаю ваши извинения, — качнул головой Штэмперсон, — но впредь прошу уведомлять о ваших действиях. Мы команда, а не разрозненные единицы, преследующие каждый свою цель. Насчет вопроса Даниила — я тоже подумал, что адресатом послания мог быть кто-то другой, но в нем Миротворцы заинтересованы не меньше нас.