— И что теперь? — задумчиво проговорил Макс. — Затмения ждать еще нескоро.
— Затмение, может и нескоро, — улыбчиво отметил Бенедикт, — и адресат должен был получить послание примерно в тоже время, что и мы. А значит данное явление совсем необязательно.
— Вы правы, — кивнул Штэмперсон, — вход в параллельный мир возможен и без затмения. Нужен лишь ключ, в данном случае это хрустальный цветок.
Мы все дружно уставились на начальника министерства, потому что, похоже, на этот раз разгадку знал именно он.
— Не догадываетесь? — пробежался глазами по нам Уилл. — Царства светлых и мудрых давно уже нет, но есть пространственный карман, созданный для расы вечных. Эльфы не сильно любят людей… — Штэмперсон покосился на Фэрха, — и предпочитают, в отличие от иных магических рас, жить в параллельном мире. Близком нашему, но надежно скрытому.
— У тебя есть ключ? — с надеждой посмотрела на эльфа, несколько иронично улыбающегося.
— Есть, — кивнул Фэрх, — как и у любого представителя нашей расы, — но он неосязаем. Хрустальный цветок — чистейшая светлая магия, открывающая окно-переход в другой мир, где мирно существуют мои собратья. И да, смертным его изображение может открыться лишь раз — в момент лунного затмения, в Бездонном озере. Но я могу провести вас в любое время. Единственное — эльфы ненавидят людей и не всегда терпимы к другим расам, поэтому придется вам, коллеги, немного подправить ушки.
— Иллюзии? — внезапно спросил Бенедикт. — Вы нас ими снабдите?
— В их наличии у нас нет проблем, — кивнул Штэмперсон, — я помогу изменить цвет ваших аур, коллеги. Это необходимость, сами понимаете. Эльфы довольно чуткий народ.
— Есть понимание, что мы ищем в этот раз? — поинтересовалась я, все еще всматриваясь в скрытый текст — подсказок я не находила.
— Разберемся на месте, Амалия! Подойди, начнем, пожалуй, с твоей ауры. Ты хоть и не демоническая сущность, как Даниил, но эльфы людей меньше чертей жалуют, поэтому с тобой придется особо постараться, чтобы скрыть твою суть!
Опасливо приблизилась к магу-эмпату, зажмурившись.
— Не бойся, — по-доброму улыбнулся Уилл, — процесс не болезненный.
Кивнула, но страшно все равно было.
ГЛАВА 3. ОКО ЛУНЫ, РАСЦВЕТАЮЩЕЕ В ЧАС ЗАТМЕНИЯ
Перед тем, как отправиться ко второй магической точке, я посмотрела картинки местности в интернете. Бездонное озеро выглядело большим круглым зеркалом. С высоты птичьего полета оно напоминало четко очерченный кругляш, вокруг которого возвышались деревья. В зимнюю пору лес выглядел волшебно. Первая странность — к царству эльфов мы спешили именно ночью. Создалось впечатление, что все порталы в иное время или другие миры открывались лишь, когда на небе зажгутся звезды и луна.
— Чтобы открыть переход, нужен лунный свет, — объяснял мне Фэрх, подхватив мою руку, когда я уже вознамерилась падать. Пробираться сквозь снежную толщу-это вам не шутки.
— Спасибо, — поблагодарила, очистив куртку от снежинок, — тогда понятно, почему путешествие оказалось в ночную пору.
— Нам повезло, сегодня небо чистое, и луна яркая, — воодушевленно произнес эльф. Его явно радовала перспектива заглянуть к своим в гости.
Лично у меня ощущения двоякие были. Как-то не хотелось оказаться в мире тех, кто тебя, откровенно говоря, на дух не переносит. С другой стороны, любопытство внутри разгоралось все сильнее. Интересно было бы посмотреть на Хрустальный цветок эльфов.
— Почему эльфы так людей не возлюбили? — поинтересовалась я, любопытна стала причина ненависти вечных.
— Это связано с сыном царя эльфов, Утурином Лаэнделем, — охотно рассказывал Фэрх, — сейчас ему уже более пяти тысяч лет, и он спит вечным сном в усыпальнице, в священном храме Тагула, хранителя Хрустального цветка. Душа Утурина была отравлена человеком, светлым магом. Он проник в Царство вечных, как давний знакомый Тарета Лаэнделя, они в свое время участвовали в совместной войне против мертвяков, которых поднял Нейрос, некромант и темный маг. Жуткий тип, благо почил давно, в той же войне. Так вот, когда Тарет Лаэндель, действующий и ныне царь эльфийского народа, радушно принял своего приятеля, тот предал его, использовав запретную магию. После забвения наследника Тарета, никто из людей не ступал в царство эльфов. Наш царь замкнулся в себе и огородил свой народ магией, не пропускающей другие расы. Людей он, сама понимаешь, возненавидел. Наследник так и не очнулся, а маг тот пропал бесследно, сотворив зло с сыном Тарета.