— Не может… Не может быть… — шептала она себе под нос.
Вдруг ей что-то ослепило глаза… Будто кто-то пускал солнечного зайчика. Обернувшись, она увидела большое красивое зеркало. Деревянная резьба, красивые изгибы, шуфлядки, темное дерево. Одним словом: «Вау!»
«Сто процентов его здесь поставили либо Иззи, либо Магнус…»
Если здесь есть зеркало и в нем есть шуфлядки, значит ли это, подумала девушка, что в них может лежать какая-нибудь резинка или заколка?
Энн было необходимо привести себя в порядок. Хотя бы сделать хвост или пучок, что уже говорить о горячем душе?
Подойдя к атрибуту интерьера этого громадного здания, Гилберт попыталась собрать волосы в хвост, будто прикидывая, как это будет выглядеть при ее нынешнем внешнем виде.
— Разиэль… Какой ужас… — расстроилась она, даже не обратив внимание на то, что упомянула имя не Господа, а Ангела Тайн, как обычно делают нефилимы.
Нарыв в этих же шуфлядках какую-то старую, немного вялую, потрепанную резинку, она все же завязала хвост.
Оттирая грязь со щек, Энн подумала о том, как бы было сейчас хорошо дома: она бы позвала к себе Лиз и они бы вместе ели вкусненькое и смотрели сериалы; как было бы спокойно, если бы чья-то рука, словно наваждение, стерла это утро из памяти девушки и она не вспомнила бы об этом никогда, будто ничего и не было. Так было бы правильно…
Энн с тяжестью в груди выдохнула. Она никогда еще не чувствовала себя такой слабой, будто тебе на шею повесили тяжелый камень и тянет на дно. Все ниже и ниже…
— Камилла…
Ураган по имени...
— Камилла…
Голос красивый, нежный… Сексуальный, если бы ее воспитание позволило бы произнести это слово. Голос певца, и в то же время поставлен аристократически, чувствуется «знание» мира.
Девушка обернулась на гипнотизирующе красивый голос: мужчина азиатской внешности, темноволосый, с крашеными прядями… Красивый мужчина с кошачьими глазами. Мужчина взрослый… Ну, как взрослый. Может и недалеко ушел от возраста девушки, лет двадцать-двадцать пять…
За стильные брюки мужчины цеплялось что-то маленькое и синее, похожее на детский кулачок.
«Боже! Это же маленький Макс! Сын Алека и Магнуса!»
Будто в знак подтверждения ее догадки, ребенок выглянул из-за ног своего отца: маленькую головку обрамляли черно-синие волосики, торчали едва заметные крохотные рожки, а глазки необычного цвета сияли будто далекие звездочки на темно-синем ночном небосводе.
Вероятно, в глазах девушки промелькнуло что-то вроде четкого осознания. Потому как молодой отец, приняв Энн за ту самую Камиллу, — жестокую вампиршу, которая чуть не уничтожила светлое будущее Алека и Магнуса, дабы спрятать, защитить своего ребенка, полностью заслонил собой.
— Магнус… — выдохнула Гилберт.
Мужчина будто испугался ее: его глаза вдруг расширились и загорелись стойкостью и даже гневом.
— Магнус, — снова постаралась девушка обратить его внимание на себя, а не на Камиллу, которую он видит вместо нее, — Магнус, я не Камилла… — говорить было очень страшно, она не знает, чего ждать от него. К тому же, больше всего на свете она боялась, чтобы ее по ошибке приняли за вампиршу. Но Энн взяла себя в руки, глубоко вдохнула и на выдохе быстро произнесла: — Я не Камилла. Я Энн Гилберт, та девушка, которую Джейс Эрондейл недавно спас от демона…
Только сейчас она заметила, что красные всполохи магии вокруг сжатого кулака Магнуса начала потихоньку затухать.
«Он собирался атаковать? А это убивает? Или просто причиняет боль?» — задумалась блондинка.
— Если ты не веришь, — она шагнула вперед и снова остановилась, — ты можешь прочесть мои мысли. Я знаю, что ты это можешь…
Она очень надеялась, что маг доверится ей, ведь как только поняла, кто перед ней, ее сердце почувствовало тепло, самую настоящую и чистую любовь к человеку, стоящему перед ней.
Такую любовь древние греки бы назвали «филия». К Магнусу у нее были особые чувства. Это было не сексуальное влечение, не желание. С человеком просто хотелось быть рядом, говорить обо всем на свете, просто заботиться так, как бы он сам позволил.
— Пожалуйста, Магнус… — молила она его, чуть ли не плача. Она так хотела, чтобы он признал в ней своего друга:
— Это я…
«Ха. Я? Кто ты? Кто ты ему? Он впервые тебя видит. О чем ты?»
Да, вероятно, было глупо утверждать, что «это она», это верно. Вот только другого варианта у него точно не было. А Магнус заметно поубавил свою силу, но все же был начеку.