Итак, что мы имеем в итоге? В итоге мы имеем только один и довольно простой вывод: Мендинский привезёт к снайперам. Но, вот, тут-то их и ждёт сюрприз. Попробуй, определи теперь на глаз: кто есть «ху». Не стрелять же в безоружных «женщин». Да, и зачем? Какой смысл? Впрочем, эту версию надо ещё проверить, и сделать это, как можно быстрее!
Коляда повернулся к Янису, и, незаметно подмигнув ему, спросил:
– Слушай, «Лусис», а ты уверен, что наш друг привезёт нас точно по адресу, и с нами ничего не случится в дороге? Вот, лично я, – нет! Предположим, что где-нибудь, в условленном месте, – ну, скажем, на трассе, или в городе, нас ждёт засада в составе двух или трёх снайперов? Также предположим, что нашему другу при этом ничего не грозит, а нас хитростью выманят или просто выкурят наружу и перестреляют, как рябчиков. И, самое главное, заметь, что он сейчас знает об этом, но молчит. А молчит, потому как у него с кем-то тайная договорённость имеется.
– Что скажете на это, Семён Осипович? – спросил Круминьш, в упор глядя на Мендинского. – Может, все эти слова, – просто плод воспалённого воображения моего друга, а на самом – то деле Вы искренне желаете и рады помочь нам? Лично я хотел бы в это верить. А иначе… – В его насмешливом тоне послышались нотки угрозы.
– Послушайте! – возмущённо воскликнул Семён Осипович, – Я не нап'гашивался на этот вояж. Вы сами заставили меня ехать туда чуть ли не под уг'гозой о'гужия. А тепе'гь ещё и т'гебуете отчёта за мои действия. Г'азве я виноват в том, что вас ищут п'гавоох'ганительные о'гганы? – Он обиженно засопел, и с видом праведника, обвинённого в публичной ереси, обличающе воззрился на своих захватчиков.
– Лучше смотрите на дорогу, – настоятельно посоветовал ему Коляда. – Я всё-таки думаю, что мы правильно сделали, что заранее позаботились о своей безопасности. Не правда ли, Лусис? – Он снова хитро подмигнул Янису.