– Какие бабы? – оторопело пробормотал Шаромов, не веря своим ушам, и не понимая до конца смысла сказанного. – Какие ещё, к чёрту, бабы?! – Он уже не просто кричал, а орал в трубку, пересыпая свой крик отборным матом, а по его лицу, ещё недавно сиявшему холёным, самоуверенным благодушием, точно молнии, то и дело, пробегали судороги неконтролируемой ярости. Поверить в услышанное – означало для него сейчас только одно: поверить в крах всех своих надежд и планов. Сколько тревог и бессонных ночей ему всё это стоило! Сколько денег, и не только государственных, выброшено на ветер! Сколько, наконец, жизней загублено зря! Да, что там чьих-то жизней, когда его собственная теперь висела на волоске и ничего не стоила в глазах тех, кто сегодня прилетит сюда, чтобы отправить его спецрейсом в Москву. Туда, откуда не возвращаются. Нет, этого не может быть! Не может и не должно! Выход есть всегда! Он расстегнул ворот рубахи и сделал несколько глубоких вдохов с задержкой дыхания и последующими резкими выдохами. Генерал давно и небезуспешно практиковал китайский Цигун. В наступившей тишине было слышно, как на другом конце провода кто-то суетливо и нервно подыскивает нужные слова.
– Товарищ генерал – лейтенант, – раздался, наконец, голос дежурного офицера, – Все блок – посты действовали строго в соответствии с полученными указаниями. Вашими указаниями. Сначала мы пробили по базе машину. Она оказалась собственностью директора ЧОПа и поэтому бойцы не стали её задерживать. Но они сами остановились. Причём, прямо, напротив блок – поста.
– Кто «они»? – Генерал уже успел взять себя в руки и даже устыдился своей минутной слабости. Согласно своему неписанному кодексу чести, он считал, что низко и глупо срываться на брань в отношении того, кто стоит неизмеримо ниже тебя на служебной лестнице. Орать на беззащитных подчинённых, – это уровень толстопузых, толстожопых и тупых столоначальников в погонах, которые никогда не ходили по «земле». Даже если тебя смертельно оскорбит подчинённый, – мстить ему подло. Лучше убей его в честной дуэли. Найди повод, – и убей. И не важно, какими средствами. Хоть голыми руками. Но только не опускайся до крика. Статистика о процветавших в армии ещё с советских времён офицерских дуэлях, всегда была под запретом и попросту замалчивалась. Шаромов по роду своей деятельности хорошо знал об этом. Сам он никогда не был завзятым бретёром, но в пору своей молодости не раз вызывал обидчиков к барьеру, и сам был не раз вызываем другими. Впрочем, всё это, разумеется, не касалось тех, кого называли врагами нации, предателями или источниками утечки информации. Там работали совсем другие законы и правила. Вернее сказать: там не было никаких законов и правил.
– «Они», – это те, кто были в машине, – между тем ответил офицер, выводя Шаромова из минутного забытья. – То есть директор ЧОПа Мендинский, его жена, дочь и две её подруги.
– Вы что же, сами лично их видели или, может быть проверяли у них документы?
– Никак нет, товарищ генерал-лейтенант! Никто не требовал у них никаких документов или удостоверений личности, – они сами стали размахивать корками у нас перед носом и бравировать, извините, личным знакомством с Вами. Это зафиксировано приборами видеонаблюдения. Паспортов не было только у этих двух подружек. Как раз, они-то, эти подруги, и вели себя крайне агрессивно и нагло, а ещё от них пахло водкой.
– Водкой? Какого чёрта!?
– Так точно, – водкой. И не только от них. От остальных тоже. Дело в том, что вся эта компания в буквальном смысле устроила пикник на обочине, недалеко от поста и демонстративно стала употреблять алкоголь. Пили все, кроме жены директора. Она, по нашим данным, – хронический гипертоник со стажем. Сам же директор лыка не вязал.
– Очень интересно. Надеюсь, это также заснято.
– Так точно, товарищ генерал – лейтенант! Сами персонажи, их метрика в увеличенном формате, экипировка, снаряжение, – всё это отснято нами и в отличном разрешении сброшено Вам на вайбер. Откройте страничку, – там всё есть.