Спустя считанные минуты после визита непрошеных гостей, бесшумный и «упакованный» по полной программе «Гром», лежал под чердачным гнездом, и ошалело пялился на одну из тех самых безмозглых тварей, которая сейчас деловито примеряла на глаз оптику его эсвэдэшки. Мгновенная потеря эмоционального равновесия стоила ему очень дорого, ибо не может и не должно быть никаких временных отступлений от устоявшихся правил. Могут быть только постоянные. Но тогда это уже полное изменение старых правил на новые. При этом «Гром» тихонько постанывал: финка, брошенная «Лусисом» с филигранной точностью, застряла в плече и полностью обездвижила его. Сама по себе рана была не глубока и не опасна, но вполне себе была способна причинять физические и моральные страдания. И уж, точно, надолго освобождала работника от его профессиональных обязанностей.
– Извини, брат, но ты сам напросился, – заговорила высокорослая, «безмозглая тварь», неожиданно переходя с пьяного, визгливого женского фальцета на баритон. – Сам понимаешь, мне уже не по возрасту, да и совершенно некогда играть с тобой в зарницу. Поэтому пришлось сразу перейти к финальной части. Убивать я тебя пока не собираюсь, но за это и ты кое-что должен для меня сделать. Например, ответить на несколько вопросов. – После всего услышанного «Гром», похоже, стал адекватнее воспринимать окружающую действительность, но его, всё ещё выпученные от всего происходящего глаза, по-прежнему выражали больше дикого удивления, нежели агрессии или страха. Он, как ни старался, не мог свести в голове дебет с кредитом, видя перед собой эту, по внешним признакам, стопроцентную, размалёванную бабу, которая не просто контролировала сейчас ситуацию, но ещё и подбирала ему сопли. На ум приходили мысли об инопланетянах, оборотнях, гипертрофированных трансгендерах, – о ком угодно, только не о террористах.
– Ты кто такой, – наконец, выдавил он из себя.
– Один из тех, кого вы ждали, но теперь это уже не имеет значения. – ответил «Лусис». – Давай, лучше, перейдём к делу. Только, чур, на вопросы отвечать коротко и чётко. – Говоря это, он ни на секунду не отрывал глаз от оптики, сканируя каждый метр оперативного пространства перед собой.
– Вопрос первый: каково отсюда расстояние до Главка?
– Метров двести, не больше. – «Лусис» удовлетворённо хмыкнул: не обманул Мендинский.
– Много ли там сейчас народу?
– Точно не знаю, но, скорее всего немного: дежурный с помощником, бойцы СОГ, то, бишь, следственно – оперативная группа и кто-то из руководства: все же нынче поголовно на территории: приказ по гарнизону.
– Какое задание было у тебя и напарника. Кстати, он сейчас видит нас?
– Нет, не видит. В зоне поражения – только объекты. А задание, – «Гром» на секунду замедлился с ответом, – задание самое простое: по команде сверху – валить всех подряд после получения нами условного сигнала от водителя.
– А самого водителя с женой – тоже?
– Что – водителя с женой?
– Я спрашиваю, их тоже валить?
– Тоже. А что тебя здесь так удивляет? Они же оба на них, ну, в смысле, на вас теперь работают, а, стало быть, являются пособниками террористов.
– Да, лично меня это, как раз, и не удивляет, – сказал «Лусис». «Так, вот, значит, какие золотые горы были обещаны этому иуде Мендинскому», – подумалось ему. – Да, чёрт бы с ним, с этим Мендинским! Жену его жалко: забавная, такая, дамочка. И с юмором у неё всё в порядке. А как она мамашу – то разыграла. Просто класс! Станиславский бы – и тот поверил. Ещё немного, – и усыновила бы она нашего Серёгу. В смысле – удочерила. Да, и Серёга, – не промах. Тот ещё актёр, оказывается. «Щукинка» по нему не просто плачет, – рыдает горькими слезами.
– А если бы что-то пошло не так, – продолжал он свой форсированный опрос. – Ну, как сейчас, например. Что тогда?
– Тогда бы из Главка к нам подскочила группа захвата из СОГа.
– Что, же помешало это сделать сегодня?
– А то ты сам не знаешь! – вспылил, было, «Гром». – Этот ваш дурацкий маскарад и помешал. Ах, как же мы облажались! Ну, твою же ж мать! – «Гром», морщась от боли, попытался рассмеяться, но из этого ничего не вышло: наружу рвался лишь ойкающий и всхлипывающий кашель. – А теперь слушай сюда, боец, – тон «Лусиса» стал сухим и жёстким. Мы не хотим никого убивать. Мы такие же, как и вы. Но ставки слишком высоки. Поэтому ты должен выполнить одно, но самое важное моё условие. Только – давай сразу: да или нет. Захочешь поиграть в героя – мученика, – нам не по пути.