– Товарищ генерал, разрешите вопрос? – спросил Рудин.
Шаромов кивнул.
– Мендинский знает о снайпере?
– Разумеется. Его задача, именно, в том и состоит, чтобы вывести «объект» на линию огня. И больше ни в чём. Кстати, проведите со снайпером дополнительный и основательный инструктаж.
– Есть.
– Пока можете быть свободны, полковник. Идите, занимайтесь и ждите гостей. Я думаю, не сегодня – завтра, они порадуют нас своим визитом.
– Есть, – снова щёлкнул каблуками Рудин, и, развернувшись по канонам строевого устава, вышел из кабинета. – Бригадир подошёл к собаке и ласково потрепал её по загривку. Та благодарно лизнула руку хозяина и положила морду на передние лапы.
– А с Вами, Георгий Валентинович, я хотел бы поговорить на конфиденциальном уровне, – сказал Шаромов, обращаясь к доктору Плеханову. – События последних дней заставили меня многое переосмыслить и, если угодно, изменить свою точку зрения по многим вопросам. Не скрою, что мне это далось нелегко, и многое из того, что я сейчас скажу, может показаться Вам странным и, порядком, Вас удивит. Но, уж, видимо, такова реальность. Итак, начнём по порядку. Как Вы думаете, изменение направления ветра, подхватившего огонь, там, в тайге, – это простая погодная случайность, или… – Шаромов сощурился и пытливо уставился на собеседника, уже заранее мысленно сопротивляясь тому, что ожидал услышать, и его худшие надежды оправдались.
– Я думаю, что «или», – просто и уверенно ответил Плеханов, словно ждал этого вопроса. Всё опять упирается в этого шамана, как бы дико это не казалось на первый взгляд. Я, ведь, уже говорил Вам, товарищ генерал, что мы имеем дело с некой разновидностью управляемой энергии, на которую нельзя накинуть уздечку известных формул из школьного учебника.
– Как ты опять красиво говоришь… накинуть уздечку формул… А, что, группа майора Климцева, – она тоже погибла вследствие воздействия каких-то энергий. Гуревич говорил, что бойцов, якобы, сжёг этот шаман. На его подворье обнаружено ритуальное костровище, выложенное из цельных, огнеупорных пород камня, предположительно гранита и базальта. Как думаешь, насколько это может быть правдой?
– Думаю, что это и есть правда, товарищ генерал. Только в данном случае речь идёт не об энергиях вообще, а об энергии конкретного человека, – самого шамана. Скорее всего, он воздействовал на бойцов телепатически или посредством гипноза. Это могло их на время остановить и обездвижить, тем самым дав старику возможность стрелять первым.
– Из чего стрелять? – недоумённо спросил генерал, мысленно представив себе образ старика, разменявшего девятый десяток.
– Из лука, конечно. Нам доподлинно известно, что старик, вообще, не охотился и не держал дома огнестрельного оружия.
– Нормально! – весело воскликнул Шаромов. Не охотился, мяса не ел, никогда никого не убивал. А тут, на девятом десятке перещёлкал из лука, как Чингачгук, пятерых здоровых мужиков из элитного спецподразделения, а трупы их сжёг. Это что за буддизм такой?!
– Извините, товарищ генерал, но Вы сами не раз бывали в Юго-Восточной Азии, даже в Тибете, и знаете, что их добро имеет кулаки размером побольше, чем у нашего христианства. Да, и щеку вторую они подставлять, как мы, никому не намерены. Вспомните хотя бы монахов Шаолиня, весь духовный смысл их единоборств или кодекс «Бусидо», путь война. Так что буддизм, – это не всегда то, что мы о нём думаем. Тем более, здешние буряты, – это вообще гремучая смесь буддизма, ламаизма и шаманизма. А что касается его боевых навыков лучника, так нами установлено, что на протяжении многих лет, начиная с Курумкана, ему на всех его тайлаганах и других праздниках и соревнованиях, не было равных в стрельбе из бурятского лука.
– Да-а, всё это похоже на правду, – задумчиво протянул Шаромов. – Буддисты, – хорошие войны, которые очень редко воюют, но уж если воюют… И всё же у меня не укладывается всё это в голове. Ну, не укладывается, – и всё тут! – Он сокрушённо хлопнул по бокам ладонями.