– Сам ты кукарекаешь, – злобно оскалился он. – Я-то, по крайней мере, по ментовским чехлавкам не ошивался, как некоторые, и чай с хозяином не пил, и чужие «объебоны» в оперчасти не читал. Иначе, откуда бы ты знал всё это? И с чего ты решил, что так всё и было. Куму поверил, а своим, стало быть, не веришь? Так вот, дело это слепили из говна и по заказу, всего за месяц, слепили на одной только «косвенке» и показаниях «левых» свидетелей, а всё остальное время я, отвалялся на больничке, после пресхаты. У меня четыре ребра сломали, но судья даже не принял этого в расчёт. А девочка эта, та ещё тварь была. Просто её участие в убийстве не смогли доказать. Короче, я «мужиком» в эту зону пришёл, «мужиком» и уйду, а, вот, ты. – «Кича» скользнул рукой по отвороту телогрейки, под которой за поясным ремнём торчала самопальная заточка, но ни договорить, ни сделать ничего так и не успел, ибо тот, кого все называли бугром, неожиданно резко качнулся назад, словно, потерял равновесие, и, с подсада, коротко и хрястко, двинул говорившего в подбородок, отчего тот сразу опрокинулся навзничь, не издав при этом ни единого звука.
– Да, не мужиком ты пришёл, – козлом! Козлом и подохнешь, гнида! Ещё скажи спасибо, что на красную зону попал, где на масти не делят, а то бы дупло своё штопать не успевал. А что до чехлавок ментовских, так я и есть мент, только бывший, как и ты же. Только в отличие от тебя, я до петушиной планки не опустился, а срок тяну за то, что двух таких уродов, как ты, своими руками удавил. Понял?! – Бугор презрительно сплюнул в сторону безгласного лежавшего, неподвижного тела и скинул с плеч рюкзак. – Всё, привал! Ты, Серый и ты, Толян, распорядитесь насчёт хвороста для костра, а я, тут, пока Тузика освежую. И, вот, ещё что: заберите-ка у этого, – он кивнул в сторону «Кичи» – его тесак, а то порежется ещё. – После чего, точно охотничий ягдташ, открыл свой походный рюкзак и извлёк оттуда очередной трофей, – небольшую, рыжую тушку, бывшую при жизни беспородным, дворовым псом. – Ну, кому ещё не по душе моя собачатина, поднимите руку! – «Бугор» улыбнулся щербатой и, внешне, почти добродушной улыбкой, которая, однако же, при ближайшем рассмотрении больше смахивала на хищный звериный оскал. А по мне, так, – говядина и говядина – сказал он. – Корейцы же жрут собак. Китайцы тоже. Просто поедом едят их. Так, ведь, зато, и туберкулёзом никогда не болеют. – Он засмеялся и достал из-за голенища финский нож, которым принялся сосредоточенно разделывать ещё тёплое, мясистое тельце дворняжки. – Вот, только одного не пойму, – откуда их нынче взялось столько? Они же везде. Даже здесь, в лесу. Впрочем, нам-то что, плохо разве? Еды теперь вдоволь, а при желании и шапчонку отскорняжить можно. Эй, ты, вегетарианец, – он, ухмыльнувшись, небрежно ткнул носком сапога своего недавнего оппонента, – хорош отлёживаться, вставай, пора шашлыки жарить. – Отправленный в нокаут профессиональным апперкотом, оппонент, нехотя заворочался, постепенно приходя в себя и, обвёл, окружающее его пространство прищуренным, невидящим взглядом, в котором, помимо боли, теперь навеки поселились страх и смертельная обида на «бугра», на двух, его спутников и на всё остальное человечество, в целом…
Спустя некоторое время, огонь костра уже вовсю трещал в выложенном из хвороста шалаше, весело постреливая искорками, и, щекоча ноздри пряным ароматом жареного собачьего мяса. На импровизированной скатерти-самобранке, раскинутой прямо на снегу, выросла целая горка съестного, – от хлеба с луком, до самогона, прикупленного, по случаю, у егерей, на охотничьей заимке, а на шампурах, смастерённых из случайно найденных, ржавых железок, шипя и пузырясь с боков румяными корочками, дозревали собачьи шашлыки. Бугор отрешённо смотрел на огонь костра и думал о своём. Денег перед «рывком» хозяин выдал не лишку, точно бензина в самолёт камикадзе плеснул, – только до цели, и только в один конец. Инструктаж также не блистал красноречием: исполните, мол, миссию. – и свобода вас встретит радостно у входа. Проболтаетесь, – язык перед смертью вырвем и сожрать заставим. А, чтобы не было скучно и присутствовал соревновательный элемент, одновременно, но не вместе с вами, пойдёт другая группа. Этих людей вы не знаете, поэтому контактов с ними не ищите, а действуйте автономно. Ну, насчёт вырванного языка, – подумал «Бугор», – это вряд ли. Зона, она любого научит громко молчать. А вот, что касается другой группы, которая тоже «подорвалась» с зоны с тем же заданием, – убрать кинолога, – это факт, конечно, интересный. Получается нечто вроде свободной конкуренции: кто первый, тот и в «дамках». Правда, вот, уже третий день все стрелы ложатся мимо цели. Не срабатывает ни одна наводка, ни один оперативный источник. Точно, какая-то неведомая сила отводит от объекта. Осталось тряхнуть только дачу директора ЧОПа. Это последняя из версий. А между тем, каждая такая новая вылазка в город становится всё трудней и опасней предыдущей, ибо сопряжена со смертельным риском: не гвардейцы подстрелят, так «догхантеры» шмальнут. Не они, так «зелёные». Не «зелёные, так собаки эти бешеные накинутся где-нибудь из-за угла или из подворотни, да и порвут на куски почище волков. Короче только успевай убегать, да прятаться. Тюремный «сарафан» уже донёс, что так не только в городе, а, вообще, во всём регионе. Что за беспредел творится вокруг: революция, гражданская война, или что ещё… Может, испытание нового психотронного оружия. Иначе, почему служебные собаки, вдруг, перестали подчиняться служивым и все дружно свалили с зоны. А что сделалось с людьми? Они же озверели. Но об этом же никто и ничего не сказал. Вот, мол, тебе адреса, вот тебе сотовый, вот тебе ствол. Завалите кинолога – вы свободны, попадётесь, – мы вас не знаем. Вот и всё. Да, ещё «Кичу» этого навязали… Опять придётся в «мокруху» через него влезать. Говно, конечно, человек, ну, так, а кто лучше? Жил бы себе на зоне, да «постукивал» потихоньку. Ещё неизвестно, что нас-то самих ждёт, и как они, там, представляют себе наше освобождение? Может, так же, как с «Кичей»: задание выполним, – и в расход! Сначала, – мы его, потом – они нас. А что? Типа, при попытке к бегству, – и все дела. И всё по закону…