- А то, смотри… – довольно отвечал ему Колян, доставая из своей сумки двухлитровую не раскрытую бутылку пива. – Хлебнёшь?
- Давай, – сказал Серёня. Раскрыв бутылку, он сделал три полных глотка и передал её Коляну. После чего они ещё пару раз передавали друг-другу бутылку, а между делом, с не поддельным удовольствием стали рассказывать свои подвиги о единоличном употреблении несметных литров пива, будто бы это такая важная составляющая часть мужской жизни, как если бы средневековые рыцари хвастались размерами убитых ими драконами и спасёнными девами. Воздух в маршрутке стал наполняться пивным запахом, из-за чего он делался ещё тяжелее и противнее.
- Мужчины! С пивом! – громким и уверенным тоном окрикнул мужской голос. – Распивать спиртные напитки в общественном транспорте запрещено! – строго продолжил молодой человек, лет двадцати, сидевший сзади.
- Это кто там говорит… – сказал Колян, прищурившись и пытаясь высмотреть уже не чётким зрением, сделавшего им замечание наглеца.
- Закон говорит! – так же уверенно ответил ему молодой человек.
- Закон! Слышь! Ты кто такой… – с неестественной блатной интонацией, быстро входя в соответствующий образ сказал Колян – Тут, те не Европа; ты, шо не местный.
- Да, скорей всего! – поддакивал своему товарищу Серёня. – Ты откуда приехал? Только с вокзала? Да…
- В данном случае не имеет смыла кто я и откуда приехал. Имеет смысл лишь кто вы и что делаете в данный момент! – настойчиво парировал им молодой человек.
- Ха, ты посатри фраер у нас с гонором. Вы сэр, точно приезжий. Ну, и кто мы и что делаем? – продолжая разыгрывать хозяина положения говорил Колян.
- Кто вы… – сказал молодой человек и обратив внимание на журнал кроссвордов в руках у соседа продолжил, – слово из пяти букв, на «б» начинается. А что делаете… я уже сказал – закон нарушаете.
- У-у, какой борзый, ребусы нам кидает, – в блатном тоне продолжал Колян, глядя на Серёню и кивая головой в сторону молодого человека. – Слышь, Тамарка! – обратился он громко к своей жене, – слово из пяти букв на «б» начинается.
- Баран, ха-ха! – немного подумав, кинула в ответ Тамарка и громко рассмеялась.
- Да нее, тут шо то умное, должно быть. Ладно сиди там, – сказал ей Колян. – А вот, что про закон… У нас один закон, да Серёня, шо, хотим то и воротим.
- Молодец братуха, ха … – всё так же храбрясь поддакивал ему Серёня.
- Короче, смотри в окно и считай деревья с кустами. Во дожили, что б мне, Серёня, указывали где пить. За всю жизнь, такой цирк в первый раз.
Не реагируя на последующие колкие фразы возмутителей порядка, призванные задавить мнимым авторитетом, молодой человек стал поглядывать на часы.
При видя ситуации, что их взяла, уже успевшие достатком охмелеть нарушители закона принялись с развязавшимся у них чувством хозяев жизни, демонстрировать своё поведение, да так, что обронили бутылку и она немного пролилась, что показалось им забавным и на, что Серёня дал реплику: «Нормально, пол обновили». Допив бутылку, Коляну она уже показалась лишней, исполнившей своё дело, и он решил избавиться от неё через открытое окошко напротив него.
- Ну ладно! Пять минут вашего геройства прошли, моё время, – сказал молодой человек, вставая с сидения, на что возмутители порядка замолкли от такой наглой для них неожиданности, но с пренебрежительным интересом посмотрели на молодого человека. – Хотите пари! – уверенно продолжил молодой человек.
- Слыш, Серёня! Он нам пари предлагает, – с хмельной интонацией сказал Колян, смотря на Серёню. – Ну предложи, развлеки нас.
- Ну, давай гони, пари. Ха! – вторил ему Серёня.
- Чтобы разрулить сложившуюся ситуацию и узнать на чьей стороне правда, – при этих словах в глазах Коляна, появился блеск особого интереса, какой бывает при азарте. – Я предлагаю спросить у людей, и на чью сторону они встанут, того и правда, а проигравший в качестве его неправоты, выйдет из автобуса.
- Нее, да шо тут решать и так всё понятно чья правда, – с вдруг возникшим лёгким беспойством возразил Серёня, увидевший в этом подвох. Видеть во всём скрытый смысл заговора было в его характере.
- Погоди Серёня… – возразил Колян и выдержав небольшую паузу в результате которой взяла верх самоуверенность в своей правоте и чувство уже гулявшего вовсю возбуждения, он принял вызов. – Идёт!