И скрепив свои твёрдые намерения таким же крепким рукопожатием, молодой человек поднялся с сидения и обратился к пассажирам.
- Дорогие пассажиры! – чёткой и уверенной интонацией в голосе произнёс он, обращаясь к пассажирам поворачивая голову в обе стороны, – Дорогие пассажиры, минуту внимания! Отвлекитесь на минутку от себя, окон и своих телефонов и обратите на меня своё внимание.
Пассажиры укаченные и приморённые дорогой, не сразу переключали своё внимание, из--за чего молодой человек повторил своё обращение и когда по его мнению он уже стал всеобщим центром внимания он продолжил дальше.
- Вам всем предстоит уникальная возможность, не отрываясь от своих места решить судьбу одного спора случившегося между мной и этими мужчинами, – сказал молодой человек и указал рукой на возмутителей порядка. Внимание пассажиров обострилось и они стали с большим интересом следить за происходящим. – Этим … мужчинам, невтерпеж захотелось выпить пивка в общественном транспорте, на, что я сделал им замечание, указав на нарушение ими закона. Вопрос ко всем вам – можно ли по вашему знанию или пониманию, распивать спиртные напитки в общественном транспорте? По результатам вашего, надеюсь справедливого суда, один из нас должен покинуть данный автобус, то есть выйти.
- Тюю, а, что такого, если мужик выпить хочет! – поблёскивая золотом верхнего ряда зубов, в свойственной ей весёлой манере громко возразила женщина. Короткие, жесткие волосы выкрашенные в яркий рыжий цвет, придавали ей боевитый вид. На первую вскидку ей можно дать лет сорок пять. Она удачно распродала свой товар и ехала с городского рынка обратно домой. – Кому какое дело, хочет мужик и пьёт! – на этих словах, она кивая головой посмотрела по сторонам ожидая стороннего согласия и получала его от соседки. – Ему ж как то надо расслабляться, а расслабиться и жену свою крепко приласкает.
- Спасибо, милая, женщина! – с мужским кокетством сказал Колян и послал своей защитнице воздушный поцелуй, на что его жена резко сменив весёлое выражение на лице, пригрозила ему кулаком.
- Я сейчас не о ваших жизненных понятиях спрашиваю. Мы уже поняли, что там полная любовь. А, что закон говорит… – сказал молодой человек, переключаясь с женщины на остальных пассажиров.
- А закон, говорит, что не разрешается распивать спиртные напитки в общественном транспорте, – вступил в разговор пожилой мужчина с полной головой седых, но ещё густых волос, сидевший на первых местах автобуса, – и мусор в окошки выбрасывать тоже, не советует.
На его реплику пассажиры отозвались тоже положительно, кивали головами с выражениями знатоков на лицах и скромно переговаривались.
- Порядки, не понятия устанавливают, а законы! – громким грозным голосом продолжил пожилой мужчина посмотрев на рыжеволосую торговку. – А то жить все хотят в порядке, а за собой ответственности не признают.
- Да упаси господи! Мы на жизнь и не жалуемся… – с широкой улыбкой ловкой торгашки, возразила рыжеволосая женщина. Рука стала ощупывать сумку, в которой была её утренняя выручка.
- Дедуля, а что там конкретно законы ваши говорят? – с храбрящейся интонацией вступил Колян, решивший отыграть сложившееся положение.
- Сынок, тебе же уже сказали, что ж ты не понятливый такой, как баран.
- О! Я ж правильно слово угадала, – с подковыркой сказала Тамарка глядя на мужа.
В этот момент пассажиры снова зашумели и уже активнее доказывали друг-другу свою позицию. Правовой нигилизм, какой был среди простого народа и который заменял им утверждённые правила, позволял этому народу с наименьшим сопротивление проживать каждый день. Именно в такие минуты он служил инструментом разрешения споров и выводил неустойчивую человеческую мораль как меру взаимоотношений всего живого и не живого.
«Так. Понятно, мнения разделились. Сразу видно кто школу пропустил и институт тоже»: думал молодой человек, внимательно наблюдая за инициированной им же дискуссией.
- Есть один человек, кто сможет поставить точку в этом деле! – громко заявил молодой человек при виде так спорно сложившейся ситуации. Его слова заставила пассажиров отвлечься от своих споров и внимательно посмотреть на молодого человека. – Это водитель! Спросим у него?
- Стукачить пойдёшь? – с вызывающей интонацией в голосе и между тем в надежде на нужную реакцию задевающие чувства достоинства, проговорил Колян.