- Когда мы приступаем к изучению какой либо информации, основным делом мы обращаем внимание на плюсы и минусы, что естественно. Человеческий мозг устроен так, что минусы в нём имеют свойство удваиваться, утраиваться и даже удесятеряться. И все положительное, что мы узнаём о предмете своего изучения, за этим нивелируется, становиться в сравнении не таким значимым, вне зависимости от веса этого положительного. И человек склоняется сказать «нет», чем «да».
- Ну, возможно, – сказал пожилой мужчина солидного вида. – Дальше, что?
- А дальше.., посмотрите пожалуйста, все внимательно на наш дом. Представьте себе крышу, чердак, лестничные проёмы, подвал…
- Что то, с трудом, после работы голова не работает, – как бы с шутливой интонацией сказал женщина средних лет сумкой на плече.
- А кто не знает, как выглядит чердак и подвал? – возразил молодой мужчина в модной одежде.
- А вы с нашего дома? – с удивлением сказал лысоватый мужчина средних лет.
- Ну, да. А, что там делать вообще?
- Можем провести для вас экскурсию, что бы глубже проникнуться ситуацией, – обратившись к нему, со строгой улыбкой сказал рыжеволосый парень, и с чёткой, словесной расстановкой продолжил дальше, переведя свой взгляд на всех собравшихся. – Представьте подъезд, фасад дома, двор в котором мы сейчас находимся. Представьте всё это с самого начала, когда дом был новенький и только заселялся. Все представили..?
- Так к чему этот спиритический сеанс..? – с долей скепсиса в голосе возразил пожилой мужчина солидного вида.
- Подождите, дальше будет … – перебил его рыжеволосый молодой человек. – А теперь отмотайте картинку в перёд к сегодняшнему дню, как это выглядит сейчас. Отмотали..?
«Отмотали… – послышались вялые голоса».
- Визуально зафиксировали, что было и что стало с нашим домом. Мотаем, картинку дальше на года в перёд, – с медленной, раздельной интонацией продолжил рыжеволосый парень. Пять лет, десять лет, пятнадцать, двадцать, тридцать. Представили... Теперь расскажите, что увидели…
«Ой страшно; Ты что то увидела…; Черти что… – послышались полушутливые и озабоченные фразы собравшихся».
- Я столько жить не собираюсь. Внучки уже не дождутся, – проворчала бабушка, сжавшаяся как воробушек между двух полных соседок, всем видом говорившая: не трогайте меня, а я вас.
- Павловна… с твоим характером, правильно делают, – сказала ей полная соседка сидевшая рядом.
- Чего… – встрепенувшись, ответила та и заёрзала локтями, распихивая прижавших её соседок.
- Я так понимаю, светлого будущего для нашего дома никто не узрел, – сказал рыжеволосый молодой человек, и не получив словесной реакции на свою реплику продолжил, прервав сложную задумчивость присутствующих. – Хочу, что бы вы поняли важную вещь. Мы связаны гораздо крепче, чем нам кажется. Ваш пол это потолок соседа с низу, ваша стена это общая стена с вашим соседом с боку. Если зальёт крышу и ничего не делать, то в конечном итоге вода дойдёт до первого этажа. Если стоками затопит подвал, и ничего не предпринять, то ароматами будут дышать все. А дальше посыплются стены. И если кто-то думает, что их квартира это летающая тарелка с евроремонтом и в форс-мажорном случае, она благополучно зависнет в воздухе, а затем, подав прощальный гудок, отчалит в лучшее место... Поверьте, жизнь в одночасье переменится для всех. И пофантазируйте себе, развейте тему дальше, кто и где окажется, по каким бедным родственникам и знакомым будет мыкаться. Какие раскладушки будут мять ваши спины. А кому некуда.., придётся устраиваться на скамейке на улице. Вон выбирайте, какие хочешь; со спинкой, без спинки, широкие, деревянные; можно даже сказать с массажным эффектом.
После этих слов он ручкой на белом листе блокнота нарисовал горизонтальную линию, и жирно наведя её, выставил блокнот так, чтобы все видели.
- Я понимаю ответственность это минус, для большинства это непонятная ноша, зачем, почему, мне и так хорошо. Но наши квартиры это не летающие тарелки, о которых я сказал. Нужно ментально выходить за пределы собственных квартир; смотреть, интересоваться, что происходит за их стенами. Я не призываю переживать за судьбу всего мира, хотя это тоже не помешает. Просто обратите внимание на дом. На наш дом.
- А я хочу добавить … – подхватил следующее слово полысевший мужчина средних лет, – что и тридцати лет в таком же духе не надо, что бы, наш дом захирел, даже хочется сказать охренел, от нашего эгоизма; и тогда пациент будет скорее мёртв, чем жив. А потом спросят нас, а чем лечили. А мы ответим, самолечением занимались, заговорами; народный метод – трындёж на лавочке! Хорошо от нервов помогает, для самоуспокоения, но не от болезни. А дом наш, при хорошем внимании с нашей с вами стороны, может столько же и плюс ещё столько же очень хорошо простоять. И раньше времени, приговор ставить не нужно. В конце то концов мы тут хозяева или квартиранты с временной пропиской.