– Он не мой, – глухо ответила девушка, придерживая на голове пакет со льдом. Кажется, вчера у кого-то была очередная бессонная ночь с Виолеттой Эвергарден, судя по статусу в WhatsApp.
– Да нет, я его слышал очень даже ясно. Голос точно его, мерзкий, ни с кем не перепутаешь.
Тоня фыркнула, поудобней устроив на столе кипельно-белые кроссовки с мятного цвета шнурками. Наверняка светятся в темноте, ровно как и неоновые звездочки у висков. На днях напарница в очередной раз решила перекраситься, но явно что-то напутала с краской, и теперь сияла морковно-рыжей шевелюрой.
– Отморозок он знатный, этот Аркадий.
Ага, все-таки дошло, хоть и с опозданием.
– «Он такой милашка, заботливый» – помнишь? А я тебя предупреждал.
– А у меня с ним ничего и не было, – парировала девушка, не открывая глаз. – И звонил он мне всего один раз, насчет тебя.
– Меня?
– Вас, – неохотно поправилась Антонина, – тебя и Насти. Думал, вы с ней вместе.
И был недалек от истины, подумал Ден.
– И что ты ему ответила?
Тоня вместо ответа показала средний палец. И надо же было, чтобы именно в этот момент в комнату вошла Адель.
– Антонина! – воздух в офисе аж зазвенел от ноток рассерженной классной дамы. – Совсем распустились, уже и ноги на стол!
Позже, попытавшись налить себе кофе на дорожку, Ден ошпарил себе пальцы кипятком и чуть было не отправил в мусорку контейнер вместе с использованной капсулой. А когда пришло время выезжать на сеанс, непривычно долго возился с упрямой застежкой ремня безопасности. И только тут осознал, что внутри у него все переворачивается, словно перед прыжком с парашютом.
Да что не так сегодня? – потирая пылающие уши, злился он на себя. – Еще не хватало, чтобы Адель заметила.
Она уже и так посматривала на него в зеркальце, вопреки обыкновению потеснив Веню с водительского места. Движение сегодня было немного нервным, так что все внимание Адель тратила на дорогу, в пятый уже раз сбрасывая звонок с незнакомого номера.
– Да кому же там так приспичило! – не выдержала она наконец, вставляя наушник. – Алло?
А Дена вдруг разморило. Привалившись к окну, он всего на минутку прикрыл глаза. И увидел бледный, размытый силуэт – как через дождливое стекло. Девушка в голубом платье, со светлыми Настиными волосами, стояла совсем близко. И на шее у нее темнела веревка, завязанная грубым узлом…
– Денис, открой глаза!
Машину резко дернуло в сторону. Перестроившись, Адель припарковалась у обочины и протянула ему гарнитуру.
– Держи. Аркадий звонит. Говорит, дело жизни и смерти.
***
Сейчас Адик меньше всего походил на того напыщенного пастыря, коим он так любил себя представлять. По-ребячьи взъерошив волосы, он протянул Дену закапанный воском мятый листок бумаги.
– Что это?
– Наговор, – он даже не отшатнулся, только глазами заморгал, когда Денис бросил эту злополучную бумажку ему в лицо. – Я вас с ней видел, тогда… на улице. Хотел узнать, правда ли у тебя с ней…
– Поговорить по-человечески не пробовал? – Настины волосы разметались по подушке. Легкая сорочка на тонких бретелях немного сбилась на груди. Разбросанная по полу одежда не оставляла сомнений, чем эти двое были заняты до того, как все случилось. – Скорую вызвал?
– Не поможет. Я над ней спящей зачитал слова… Не знаю, что пошло не так. Потом хотел к ней, в сон, а она меня не пускает. Тут нужен медиум сильный или… – стушевавшись под его взглядом, Аркадий схватился за айфон и вышел в другую комнату. Умник хренов.
Ты бы еще бабку-гадалку с рынка позвал, – зло подумал Ден, стягивая с себя взмокшую футболку. Ощущение прилипшей к телу ткани было премерзким, а его сейчас и так колбасило знатно.
– Целовать уже пробовал, – стоя на пороге, Аркадий не сводил с него глаз. Отелло, блин, нашел время ревновать.
– Она тебе Белоснежка, что ли?
Эх, надо было все-таки настоять на своем и захватить Веню с аппаратурой, хоть силком. Странно, что Адель, услышав новости, ограничилась тем, что милостиво позволила ему уйти посреди рабочего дня. Очень несвоевременная принципиальность, и совсем на нее не похоже. А у него, как нарочно, даже телефона нет. Кто прочитает ему установки?
Спокойно, Денис, спокойно. Дыши.
Дыши глубже.
***
Аккуратный двухэтажный дом за палисадником сиял свежей голубой краской. Среди привычных в деревне розово-бордовых мальв красовалось несколько ярких подсолнухов; золотые шары соседствовали с пышными пурпурными соцветиями, которых Ден никогда прежде не видел, хотя в детстве частенько, от нечего делать, листал материнские альбомы по садоводству.