— Чего? — переспрашивает оторванный от своих размышлений Бьорк. — Да, конечно.
Он закрывает ящик и защелкивает замок.
— Поскольку у нас с безопасностью так строго, мне придется самому отнести ей посылку. Впрочем, если у вас есть заверенное кем-то из крепости разрешение…
— Капитан Надар ничего мне не передала, — говорит женщина. — Но… если вы не будете до него дотрагиваться… тогда все в порядке.
Она кланяется.
— Спасибо. Хорошего дня, — говорит она, разворачивается и уходит прочь.
Бьорк смотрит ей вслед. Как-то странно это все… Он берет ящик под мышку и ставит в известность начальство. Услышав, что посылка из крепости для генерала, ему тут же дают разрешение доставить ее.
Дождь постепенно стихает. Он идет по дороге вдоль моря, и с каждым шагом ящик становится все тяжелее и тяжелее, тяжелее и тяжелее, словно умоляет, чтобы его опустили на землю и клинок заиграл бы в лунном свете, а Бьоркова ладонь сжала бы рукоять…
«Интересно, — думает Бьорк, — отчего мне в голову лезут такие странные мысли?»
— Сигню… — окликает ее Сигруд. — Ты… ты уверена…
— Мы должны пройти ко мне в кабинет, — вдруг говорит Сигню. Встает и тут же превращается в обычную Сигню, которой неведомы страх и тревоги. — Мне понадобятся карты.
— Н-ну хорошо, — соглашается Мулагеш.
— Я на минутку, — говорит Сигню и идет к секретной двери.
Открыв ее, она забирает стоящий на лестнице дипломат. Интересно, что ее привело сюда изначально, зачем ей этот чемоданчик…
Кабинет Сигню прячется в самом дальнем уголке штаб-квартиры ЮДК. Непонятно почему, кстати. Такой ценный сотрудник на столь серьезной должности должен сидеть на самом верхнем этаже в кабинете с прекрасным видом из окон. А она ютится чуть ли не в подвале, и офис ее походит на погрузочную пристань, которую преобразовали в лофт.
В комнате не повернуться — кругом стоят вешалки с одеждой, причем каждый предмет снабжен биркой с цифрами, начиная с 1.0000 и до… да, вот и самое большое число — 17.1382. Проходя мимо вешалок, Мулагеш выворачивает голову, чтобы посмотреть на одежду, — и оказывается, что это вовсе даже не она, а детальные планы, тысячи и тысячи планов чего-то, что никогда не было построено.
Сигню ведет двоих к огромному столу в центре кабинета. Большой белый плоский камень тоже завален чертежами. В центре — квадратные каменные чаши, заполненные канцеляркой: ручками, карандашами, линейками, счётами, угольниками, лупами и компасами различной конструкции. А рядом — три переполненные пепельницы. Сигню цокает языком:
— Надо бы напомнить помощнику, чтобы он выкинул окурки.
Они стоят и ждут, пока она скатывает чертежи и убирает со стола.
— Ничего не трогайте! — предупреждает она, проходя мимо вешалок.
Сигруд озирается в благоговейном ужасе.
— Это что же, — медленно говорит он, — моя дочь — здесь живет?
— Кровати не видно, — говорит Мулагеш. — Но да, такое впечатление, что она здесь живет.
Сигню возвращается с большой яркой картой, которая бьется у нее в руках как флаг.
— Ну вот, — говорит она и расстилает карту на камне.
Это карта побережья, на которой обозначены также океанические течения. Там, где Солда течет через Вуртьястан, карта изрисована красными квадратиками — и это очень напоминает Мулагеш детскую игру-стратегию, например «Батлан».
— Что нам здесь нужно увидеть? — спрашивает Мулагеш.
— Это карта ЮДК — на ней побережье и основные течения. Но нам нужно вот это место… — прищуривается Сигню над картой. — Ага! Вот оно!
И она указывает на скопление синих точечек в нескольких дюжинах миль к юго-западу от Вуртьястана.
Мулагеш всматривается в указанное место:
— Но здесь ничего нет.
— Я знаю, — говорит Сигню. — Но он там.
— Остров Памяти?
— Да. Он реален. И он — там.
— Почему его нет на карте?
— Потому что я его стерла.
Мулагеш и Сигруд медленно разворачиваются к ней.
— Есть такие места, куда попадать не надо, — тихо объясняет Сигню. — Их нужно предать забвению. Остров — это как раз такое место.
— Что он собой представляет? — спрашивает Сигруд. — Что там есть?
— Это цепочка островков, — говорит она, — последний — самый крупный. Там горцы проводили… ритуал инициации подростков. Они брали детей, спускались с гор, шли вдоль реки, доходили до берега моря, там нас ждали лодки. Потом мы двигались на них на юго-запад, вдоль берега, мимо островов, пока не находили нужный.