Александр знал, что эта машина в городе единственная и принадлежит она исполнительному директору градообразующего предприятия, однако это уже не играло никакой роли. Борясь с подступившей к горлу тошнотой, он, наконец, вплотную приблизился к автомобилю и стремительно заглянул вовнутрь.
Салон машины был пуст.
Александр поднял голову и испуганно огляделся вокруг. На улице, как и прежде, было безлюдно. Над всем царила всё та же напряжённая и подозрительно звенящая тишина.
Убедившись, что вокруг нет никого, кто бы смог помешать ему осуществить задуманное, он с бешено бухающим сердцем юркнул в салон автомобиля, плюхнулся в мягкое удобное кресло (впрочем, осознать его комфорт он пока не был в состоянии), и захлопнул дверцу. Дрожащие от возбуждения пальцы и повернули ключ в замке зажигания. Машина податливо отозвалась тихим ворчанием мощного двигателя. Стараясь, вопреки здравому смыслу, как можно быстрее покинуть место преступления Саня вдавил педаль газа в пол, и машина с диким воем зашлифовала на месте. Но это длилось не больше одной секунды. А затем AUDI сорвался с места и стал стремительно нагнетать скорость, за несколько коротких мгновений оставив позади себя ДК «Победа».
Сто километровую отметку стрелка спидометра преодолела менее чем за десять секунд.
Не задумываясь, он открыл перчаточницу, не глядя, пошарил там рукой и тут же наткнулся на объёмистую пачку долларовых банкнот.
Даже не пытаясь справиться с чувством нахлынувшей на него эйфории Саня Савинок не обратил внимание на то, как из промежутка между передними и задними креслами прямо с пола приподнялся человек небольшого роста в дорогом, но неброском костюме, с ежиком тёмных прямых волос. Его лицо было окровавлено, а взгляд блуждающе-отрешенным.
Если бы Саша взглянул в зеркало заднего вида, то непременно увидел пассажира, но в этот момент мысли угонщика были невероятно далеко от этого места. Савинок представлял выражения лиц своих знакомых. Их физиономии вытянутся от изумления, когда они увидят его в этой навороченной тачке.
Но сначала нужно взять на домах самого чистого героина. Теперь он может себе это позволить — он это заслужил.
Ухоженные отбеленные зубы с чавканьем вонзились в горло Савинка. Пытаясь освободиться от напавшего, Саня зашёлся истеричным воплем ужаса и бросил руль, забыв обо всём. Оставшаяся без управления машина на скорости не менее ста восьмидесяти километров в час ракетой проскочила мимо «Колхозного рынка», ряда гаражей, узкой полозки кустарника растущего вдоль обочины, а затем, подлетев на выбоине, поменяла направление и, сбив придорожный знак, вылетела за пределы дороги, устремившись к обрыву идущему по правую сторону от проезжей части.
Саня Савинок не прекращал, бесполезную уже, борьбу за свою жизнь до самого конца. Даже в падении.
Преодолев около двадцати метров по воздуху AUDI, на бреющем полёте, вошёл в садовый домик стоявший на склоне, превратившись при этом в бесформенную груду искорёженного металла, тут же занявшуюся огнём.
Андрей видел всё от начала до конца. Ещё до того, как он увидел автомобиль, он его услышал. Рёв мотора был настолько сильным, что он просто замер на одном месте в ожидании того, что же произойдёт через несколько мгновений. И, надо сказать, что предчувствие его не обмануло — зрелище действительно было исключительное.
Шикарная иномарка (марку он не разобрал, а после крушения это уже не представлялось возможным) словно снаряд выпущенный из пушки летела (не ехала) на запредельной скорости по бугристой дороге и то, что водитель не справился с управлением было вполне ожидаемым итогом. Машина, выскочившая за пределы дороги продолжила свой путь по воздуху и, почти не потеряв набранной высоты, протаранила каменный садовый домик стоящий на противоположной стороне оврага.
Удар был настолько селён, что стоя здесь, на противоположной стороне дороги Андрей ощутил точек.
Насколько знал Андрей, взрыв машины сразу же после аварии — эффект, который так любили использовать в своей работе кинематографисты, был не более чем наивным мифом (на самом деле автомобиль разгорался крайне медленно и у многих героев подобных фильмов, принявших крайне мучительную смерть, времени на то чтобы из него выбраться было хоть отбавляй) и, тем не менее, прямо на его глазах иномарка вспыхнула, как бенгальский огонь.
Андрей был абсолютно уверен, что после такого столкновения уцелеть не смогло бы ни одно живое существо. Начавшийся пожар укрепил его мнение в гибели пассажиров многократно. Но каково же было его потрясение, когда из объятого пламенем салона вырвался, полыхающий как факел, человек.