И именно в этот момент Светлана, наконец, подала признаки своего существования.
С заднего кресла послышался стон-всхлип.
Бросив испуганный взгляд в зеркало заднего вида Аркадий, увидел её мертвенно бледное лицо.
— Света, ты в порядке? — забеспокоился он. — Тебе не хорошо?
Она ничего ему не ответила и на этот раз, но он и сам видел, насколько ей было плохо. Похоже, что её вновь мутило.
Именно страх за неё и за их ребёнка вспыхнувший с новой силой, оказавшийся гораздо более сильным, чем ужас перед психопатами, на какое-то время полностью парализовавший его волю, заставил его резко остановиться, заскрежетав коробкой передач переключиться на заднюю скорость и рвануться назад.
Огромная толпа, устремившаяся к автомобилю, начала смыкаться прямо перед капотом их машины, как пасть хищника. Промедли Аркадий с этим хотя бы ещё одно мгновение, ловушка непременно захлопнулась бы, не дав им ни малейшего шанса из неё вырваться.
Одним из наиболее рьяных преследователей в этой пёстрой толпе был помятый гаишник на запястье, которого болтался полосатый жезл. И вообще, Аркадий только сейчас осознал, что среди людского многоцветия наводнившего утренний проспект было огромное количество милиционеров, которые действовали сообща со всеми остальными одержимыми.
Всё выглядело так, словно это они со Светланой были ненормальными и вследствие этого стали объектом всеобщей ненависти и преследования.
Намереваясь вернуться назад по прежней дороге, а затем выбраться из города через третий микрорайон, Аркадий, прилагая чудовищные усилия, для того чтобы удержать постоянно виляющую из стороны в сторону машину, ехал, оставляя за собой постоянно преследующую его огромную, кипучую живую волну из человеческих тел.
Он боялся того, что именно сейчас произойдёт что-то непоправимое: колесо, наконец, вовсе отвалится, или почти неуправляемая машина, уткнувшись в высокий бордюр, заглохнет и тогда им уж точно настанет конец.
Ничего из того, чего он так боялся, не произошло — случилось то, чего он не в силах был даже представить.
Именно в тот момент, когда он, через передние, автоматически распахнутые двери, выбрасывал из салона труп последнего из своих сослуживцев, из-за поворота в метрах двадцать от него показались первые, но далеко не последние, одержимые. То, что за ними в скором времени появятся другие, Максим нисколько не сомневался. Нужно было немедленно убираться отсюда и как можно скорее.
Уже привычным для него коротким путём, через двигатель, сэкономив несколько секунд необходимых для того, чтобы попасть к водительскому креслу, обходя автобус снаружи, Максим оказался за рулём.
Так как двигатель он не глушил, то машина пришла в движение почти мгновенно. В зеркала заднего вида Максим видел как безумцы, не смотря на очевидную бесполезность этого шага, тем не менее, преследовали автобус. Это наблюдение натолкнуло его на мысль о том, что в своём фанатичном упорстве они опасны настолько, что от них весьма тяжело будет найти спасение. Вероятнее всего, что такими стремительными темпами они инфицируют весь городок. Возможно, пока власти найдут способ это остановить, зараза сможет распространиться даже за пределы города и района, поэтому жизненно необходимо было найти оружие и надёжное укрытие. Если место где он сможет найти оружие и боеприпасы, он знал наверняка, то второй пункт плана вызывал у него большой вопрос: учитывая скорость распространения вируса, существует ли вообще такое безопасное место?
Вполне возможно, что ему совершенно не обязательно оседать в одном месте, а следует найти надёжную выносливую технику и переждать волнение, имея под собой колёса, для того чтобы в любой момент он смог покинуть опасное место и переместиться в менее опасный район?
Жизненный опыт, приобретённый Максимом этим утром, говорил ему о том, что автобусы, подобные тому в котором он сейчас ехал, в категорию безопасных не входили. Для того чтобы выжить, ему необходимо было отыскать что-то более мощное, чем просто автобус или грузовой транспорт.
Внезапно в его голове возникла кое-какая идея, но для того чтобы её воплотить в жизнь первым делом он должен был разжиться оружием.
Не замечая того, что его лицо исказила страшная гримаса, служившая ему улыбкой, Канаев, игнорируя запрещающий движение дорожный знак, направил свой автобус в сторону здания РОВД.
На лице Аркадия застыло выражение растерянности и беспомощности, когда внезапно заклинило колесо рулевого управления, и он совершенно потерял контроль за движением машины. Вопреки его первоначальному плану машина сама стала заворачивать с проспекта Победы на совершенно другую улицу.