— Моим силам, — исправила Роза. — Это мои солдаты.
Он пожал плечами.
Роза дала Люсиль поддерживать ее, пока ковыляла на несколько шагов в сторону. Она села на корточки, задрала платье. Люсиль придерживала ее, пока Роза облегчала мочевой пузырь.
— Этот ребенок забавляется, позоря меня.
— Вам не нужно быть так близко, — сказала Люсиль со сталью в голосе.
Роза улыбнулась. Она пописала и стала снова ощущать себя собой, а не как инвалид.
— Когда придет время, Люсиль, и начнутся роды. Тогда я позволю тебе указывать. Не раньше. Хорошо?
Люсиль кивнула и помогла Розе встать.
— Как видишь, я в порядке. Где ты оставила тот напиток? Роза стряхнула ладонь женщины со своей руки и встала так прямо, как могла с животом.
Она посмотрела в сторону боя. Ее солдаты все еще поднимались по стремянке на севере. На юге они все еще умирали. И у ворот грохот тарана звучал уже с треском.
20
Черный Шип
Мопс споткнулся и упал, когда камень рухнул на его щит сверху. Тяжелый камень упал на землю, а потом и парень. Один из солдат капитана попытался закрыть брешь, встав на сквайра, но Бетрим оттолкнул мужчину, склонился и поднял Мопса на ноги, прикрывая его щитом, пока тот выпрямлялся.
— Спасибо, — крикнул Мопс поверх шума, и Бетрим хмыкнул в ответ.
Их прижимали к тарану тела на земле и прочий кошмар, сверху сыпались камни и стрелы. Бетрим бывал в плохих ситуациях, но это нельзя было сравнить с хаосом, в котором он оказался сейчас.
Он потерял Генри из виду в давке, не смог отыскать ее. Может, она уже была под телами вокруг них, но Бетрим надеялся, что было не так. Ему не нравилось, что рядом не было маленькой убийцы. Он не мог представить жизнь без нее, если честно.
Свежая волна стрел обрушилась на таран, землю и их щиты. Еще пара человек упали с криком, но Бетрим не видел их в давке тел.
Капитан Потерянный прошел сквозь волны плоти, пота, стали и крови, пригнулся под тараном, который медленно оттягивали для еще одного удара. Он споткнулся обо что-то и выпрямился со вторым щитом в руке.
— Вот! — Потерянный дал щит Мопсу. — Твой тонкий, — он не ошибался. Постоянный дождь стрел и камней сделал из щита Мопса доску, пристегнутую к руке парня. Бетрим считал чудом, что парня еще не пробили.
Мопс хотел бросить избитый щит, но капитан остановил его руку и покачал головой.
— Брось сначала меч, парень. Второй щит тебе пригодится больше.
Щеки капитана были румяными, глаза сияли. Бетрим сказал бы, что безумный дурак радовался, что был на лезвии ножа, окруженный смертью и хаосом. Он не всех людей мог понять. Бетрим вызвался на передовую с отрядами, но он заплатил бы, чтобы быть в другом месте.
— ТОЛКАЙ! — раздался вопль, и Бетрим бросился на балку тарана. Он не знал, нужно ли было толкать сильнее. Колеса были наполовину погружены в грязь с кровь.
Таран врезался в деревянные ворота, и Бетрим услышал треск. Он поднял голову, чтобы проверить, ломался таран или ворота.
— Почти прошли! — закричал Бетрим, срывая голос. Что-то стукнуло по его щиту, напомнило, как близко он был к смерти. Его энтузиазм понизился от осознания, что внутри им придется пробивать путь к другой стене, и это была только половина боя. А то и меньшая часть.
Капитан Потерянный кивнул некоторым людям, и вскоре несколько человек подошли к тарану. Его стали отодвигать, люди тянули за веревки. Бетрим не знал, как долго они этим занимались, не мог понять, как проходил бой. Ощущалось, что это длилось вечность. В давке с телами вокруг и кровью он не ощущал холода. В сердце сражения ему было почти жарко.
Капитан приказал нескольким встать перед Бетримом, а сам занял место сзади.
— Когда врата падут, — кричал капитан, подняв щит, закрываясь от стрел и камней, — будет кровавая резня. Никто не будет думать, кто на конце лезвия. Оставайтесь за нами. Мы защитим вас, как и должны.
Бетрим нахмурился, но кивнул. Он не привык к тому, что его хотели защитить. Он привык, что его хотели пронзить, что люди хотели сделать имя на убийстве Черного Шипа. Странно, как все изменилось. Теперь люди рисковали собой ради него, потому что он был с женщиной, которая была во главе.
— ТОЛКАЙ!
Бетрим уперся плечом в таран и напрягся, тот ударил по вратам с хрустом. Он подумал на миг, что увидел на другой стороне лицо Генри в брызгах крови, кривясь из-за шума войны, но тот миг прошел, он потерял вид среди толпы солдат.
— Еще немного! — кричал капитан Потерянный.
Они почти пробились. Врата были в трещинах, дыра появилась там, где бил таран. Если капитан был прав, еще несколько ударов, и врата слетят с петель и впустят их, и тогда начнется настоящий бой, а не эта давка с градом стрел.