Андерс отогнал серьезные мысли из туманной головы и подумывал идти к палатке босса, но Черного Шипа там не было, а Роза примет его или холодно, или с кинжалами.
Андерс понял, что нынче знал мало людей. Его круг друзей резко сужался.
Лицо друга попалось на глаза Андерса. Сузку сидел, прислонившись к бревну, смотрел на огонь костра неподалеку. Хонин выглядел плохо, сжимал бутылку чего-то в руке. Андерс уже какое-то время знал Сузку, и мужчина не трогал ни капли алкоголя, предпочитая сдержаться, пока Андерс напивался.
— Перн, старый пес, — невнятно сказал Андерс, подойдя к костру, чуть не врезавшись в палатку неподалеку. — Что ж ты не раскрыл чудеса алкоголя раньше? Я бы показал тебе нечто в «Отдыхе Фортуны».
Сузку хмыкнул и вытянул бутылку. Андерс поспешил схватить ее, пока не забрал солдат неподалеку. Он не знал, что было в бутылке, но был уверен, что это поможет в его почти трезвом опасном состоянии.
— Вкус гадкий, от этого я себя чувствую плохо, — сказал Сузку с гримасой, когда Андерс забрал бутылку. — Ты выглядишь зеленым.
— Что это? — спросил Андерс, откупорил бутылку и сделал глоток. Жжение побежало по горлу, немного пряное. — Мм. Ром. Не знаю, с чего мне выглядеть зеленым. Я еще мало выпил.
— Я не про кожу, — Сузку прищурился и смотрел на Андерса. — Это твоя аура.
— О, это, — Андерс не знал, видел Перн то, что звал аурами, или все выдумал. Он не был уверен, существовало ли такое, и если было, ему не нравилось, что цветная табличка на его груди говорила кому-то, даже почти надежному другу, как он себя чувствовал. — Что означает зеленый?
— Это означает, что ты нервничаешь.
— Мы в лагере у города моего отца, и он убил часть нашей армии.
— И это может означать, что ты что-то скрываешь, — Сузку был мрачен, словно подумывал выбить из Андерса его тайны.
— О, дело просто в пьяном разбое. Сейчас я возвращаюсь со встречи с милым солдатом, которая решила, что ей нужно доказать, что она еще жива, оседлав меня как лошадь.
Сузку встал и шагнул к Андерсу, тот огляделся, но поддержки не было. Солдаты неподалеку решили, что костер и кружки в их руках были интереснее, чем кровавый пьяница, которого вот-вот побьют.
— Ого, — Андерс отпрянул на шаг, и Сузку следовал. Он быстро сделал еще глоток из бутылки, которую еще держал, надеясь, что он не будет последним.
— Что ты скрываешь, Андерс? — прорычал Сузку. Теперь Андерс пригляделся и увидел, что Перн выглядел утомленно, глаза были темными, впавшими, плечи были опущены. Хонин стал выпивать и явно страдал от чего-то.
— Я скрываю, мой хороший Хонин, только сильное желание убежать подальше от Тигля и его хозяина. Это я должен спрашивать, что ты скрываешь? Я знаю тебя уже несколько лет, Перн, и хоть мы не всегда были лучшими друзьями, я считал нас братьями по оружию в те дни. Мы хотя бы разделяли связь через любовь к маленькой убийце. Я ни разу не видел тебя пьющим и таким уставшим, не видел, чтобы ты угрожал мужчине вдвое меньше тебя из-за цвета его ауры. Так что… — Андерс глубоко вдохнул и выдохнул. — Почему бы тебе не рассказать мне об этом? За выпивкой, если нужно.
— Мой клан мертв.
— Да, но разве это не было целью? Ты убивал Хааринов, которых посылали, хм, убить тебя, уже пару лет. Ты же знал, что они будут приходить, пока не закончатся?
— Если бы я убил их, они смогли бы стать следующим поколением Хааринов. Их души приняли бы в другой клан. Их лишили этого. Убили, тела сделали монстрами. Их души бродят по миру теперь. Ты знаешь, что случается с теми душами.
Андерс кивнул. Он не хотел думать об этом, но знал лучше многих, что были места в мире, где собирались потерянные души, становились монстрами из эмоций, обычно из боли и злобы. В Пустоши это был Фейд, место с густым туманом, где обитали разные существа, включая призраков. В океане плавал корабль-призрак «Холодный огонь». Многие считали его мифом, но Андерс знал лучше. Корабль преследовал его, когда он поднимался на борт, и он видел тот корабль десятки раз. Он охотился на тех, кто уже должен быть мертв.
— Не думал, что скажу это, Перн… — Андерс глубоко вдохнул и приготовился. — Я возмущен твоим поведением.
Сузку нахмурился, а потом посмотрел на себя.
— Такой, как я, часто потакает своим желаниям и жалеет себя. Я жду такого поведения от человека, как я. Я переживал бы, если бы в твоей ситуации я не попытался выпивкой свести себя в могилу. Но ты… не такой. Ты крепкий, — он шлепнул Сузку по груди и кивнул мужчине. — Ты камень. Ты стал Хонином и не вздрогнул. Ты присоединился к нам и… думаю, ты согласишься, все мы видели и делали то, что лучше забыть. Это не первое столкновение с некромантами, да? Помнишь Друрра в «Отдыхе Фортуны»? Думаю, я уже бормочу. Похоже, я сбился с мысли. Прошу, скажи что-нибудь. Чтобы я не позорился сильнее.