– П-п-прошу, не надо, – взмолился Танит. – Я могу быть полезен. И мне плевать на власть. У меня есть связи. Я многое знаю. Я знаю людей.
– О-о, Танит, хотя бы умри с достоинством, – донёсся откуда-то сзади голос Андерса. Роза проигнорировала обоих. – Он и на вечеринках вечно был таким, вымаливал одобрение. Совершенно не соответствует своему положению.
– Прошу, не надо. Прошу, прошу.
Танит Фанклин, глава одного из последних чистокровных домов, всё ещё молил о пощаде, даже когда Роза провела ножом по его горлу. Брызнула густая алая кровь, которая покрыла нож и руки Розы. Выплеснулась на её шубу, промочив мех. Надо было отойти, но вместо этого Роза дала крови омывать её ноги.
Когда Танит упал, наконец, на землю и в последний раз дёрнулся, она отступила назад. Ноги дрожали, и она споткнулась, каким-то образом умудрившись не упасть. Накрывало изнеможение от потери крови, её крови. Боль внутри ощущалась так, словно что-то копало когтями её внутренности.
– Хватит, любимая, – сказал Бетрим, и двинулся вперёд, застучав костылём.
Роза подняла руку, останавливая его. Взяла себя в руки и выпрямилась, борясь с болью внутри. Лицо покрылось потом, прядки волос прилипли к щеке. Пришлось поднапрячься, чтобы сбросить шубу, и она уронила её на землю. В одной белой сорочке, которая не очень-то скрывала недавнюю беременность и уже была заляпана кровью, и не только чужой, Роза глубоко вдохнула и снова повернулась к шеренге чистокровных.
Следующей в ряду была юная девочка, не больше семи лет от роду. Её звали Карлот Фанклин, и её широко раскрытые глаза были ярко-голубыми, почти как море. В них стояли слёзы, свободно и тихо стекавшие по щекам. Девочку трясло, то ли от страха, то ли от холода, но солдат за спиной крепко держал её за плечи.
– Нет, – умоляла Лариса, стоявшая на коленях возле дочери. – Она всего лишь ребёнок.
Розе пришлось немного наклониться, и она резанула по шее девочки. Лариса взвыла – раздался пронзительный крик боли и ярости. Кровь Карлот хлынула из раны на шее, пропитывая её платье. Девочка пыталась дышать и давилась, широко раскрыв непонимающие глаза. Ей не понадобилось много времени, чтобы умереть. Это просто оттого, что у детей меньше крови, подумала Роза. В любом случае, девочка должна была умереть. Умереть должен был каждый из них, кто помнил, кем они были, и чем они были для Диких Земель.
– Ты чудовище! – смогла выкрикнуть Лариса между всхлипами.
Роза заметила, что некоторые из толпы развернулись и исчезли в море лиц. Она делала ужасные вещи, и именно поэтому делала это сама, не поручив никому другому. Вся кровь будет только на её руках.
– Чудовище, – снова сказала Лариса, теперь немного тише. Она смотрела на тело дочери, пытаясь наклониться к мёртвому ребёнку, но солдат держал её крепко. – Чудовище.
– Да, – согласилась Роза ровным голосом. – Так и есть. И я буду последним из чудовищ.
Лариса вскочила на ноги и бросилась на Розу. Солдат сзади не был готов и выпустил её, а чистокровная дама дёрнулась вперёд и врезалась в Розу, свалив их обоих на землю.
Раздались крики. В ухо ей кричал голос Ларисы, полный боли, как физической, так и эмоциональной. Роза её понимала, ей и самой тоже было больно, и сильнее, чем хотелось бы признавать. На ней лежала чистокровная женщина и умирала с ножом в животе, кровь текла по ним обеим, и Розе не хватало сил столкнуть её с себя.
В поле зрения появился солдат, схватил Ларису и крепко дёрнул. Роза не отпускала свой нож и видела, как он вышел из плоти женщины.
Какое-то время она лежала. Посреди уличной грязи, глядя в небеса. Потом показалась Генри, наклонилась и потянула Розу вверх, проверяя её раны. Ран она не нашла, по крайней мере снаружи. Зато внутри что-то определённо было изранено, Роза чувствовала это.
– Ты как? – спрашивала Генри, и не она одна. Вокруг было уже несколько человек.
Роза кивнула.
– Насколько возможно. Помоги подняться.
Генри с удивительной силой подняла Розу на ноги.
– Хватит, любимая, – снова говорил Бетрим.
Роза покачала головой. Она устала сверх всяких пределов, и старалась устоять на ногах, но всё ещё держала нож.
– Нет, не хватит. Не хватит, пока все они не умрут.
Бетрим вздохнул.
– Тогда пускай кто-нить ещё их прибьёт. Не обязательно устраивать спектакль.
Роза глубоко вдохнула и снова выдохнула, зачерпнув силу в гневе, пусть и не надолго. Дала подпитывать этот гнев воспоминанию о чистокровном лорде, избивающем её сестру до смерти. Выпрямилась и протолкнулась мимо Бетрима. Лариса висела в руках солдата и стонала от боли, истекая кровью из раны в животе. Роза подошла к ней и провела ножом по горлу. В глазах промелькнула паника, вскоре сменившаяся невидящим взглядом, когда пришла смерть.