Моментально возникла ужасающая картина. Его вспыхнувшая молнией станция, пробитая кораблем беженцев, и мертвые бетелианцы — их тела дрейфовали вместе с рудой.
«Я первым нанесу удар, — мрачно подумал Симеон. Теоретически это было невозможно, так как могло привести к самоуничтожению станции. Но на практике он, вероятно, сможет. — Одержать победу или умереть».
— Ра-а-а-а-а-а-а-а-а! — хрипло орал червяк.
— Как сказала бы Чанна, нажрись дерьма и подохни. — Симеон с трудом выдохнул эти слова, как только обогнул угол и вновь встал в боевую стойку. Ветки, колючки и листья летели в воздух, пока червяк-вирус пытался прорваться к нему. Затем раздался громкий всплеск и страшный крик боли, когда монстр попытался пройти через каменный забор за живой изгородью. Это убедило чудовище обогнуть угол. Оно оказалось даже крупнее, чем казалось вначале: пенящаяся розовая кровь лилась потоками вокруг его постоянно работающего, ощупывающего все вокруг рта. Часть зубов истерлась и была выбита камнями, но, как Симеон видел, они регенерировали. При приближении червя земля задрожала. У себя за спиной Симеон слышал тявканье и рычание информационной системы, устанавливающей новые барьеры и миражи.
— Ну, давай, живее, выходи и подыхай! — крикнул Симеон. «Не беспокойся об остальных. Это на какое-то время должно занять все твое внимание».
— Ра-а-а-а-а-а-а-а-а!
На этот раз скачки гравитации бросали их из стороны в сторону, а огни освещения постоянно мигали. Билазир повернулся к техникам с нетерпеливым ворчанием, которое в то же время прекрасно контролировал.
— И что теперь?
— Достопочтенный господин, нам оказывают неожиданное сопротивление. Мы думали, что вирус успешно проник в Основные контрольные программы, но они сумели освободиться. Мы добиваемся успеха, но информационная система невероятно мобильна… аналог…
Билазир жестом прервал их.
— Меня интересует результат, а не извинения на перегруженном техническом жаргоне. Сожмите ее в железный кулак, и побыстрее.
Он обернулся к своим пленникам. «Какие у них наивные, не скрывающие эмоций лица», — подумал он. Во время каждого нового рейда часто так и происходит. Те, кто сумел прожить достаточно долго, учились, как нужно держать себя, но для этого их нужно было дрессировать.
Отчеты о запасах станции непрерывным потоком продолжали поступать к нему.
«Больше, чем я ожидал, — радостно подумал Билазир. — Гораздо больше. Невероятное богатство! Из захваченного на этой станции вскоре можно будет построить дредноут, если учитывать планы, заложенные в компьютеры Клана».
Самой большой слабостью Высшего Клана было отсутствие крупных военных кораблей. Его члены могли производить более или менее сносные фрегаты, но более крупные корабли лишь переделывались из захваченных. Ни одно из собранных наспех купеческих судов не могло соперничать с настоящим боевым кораблем. Боевой корабль был чем-то большим, чем просто судном с оружием и системой защиты, он был единым организмом, практически живущим собственной жизнью. «А стоит ли нам отказываться от кораблестроительных верфей?» Разочарование вызывало почти такую же агонию, как взятие станции — эйфорию. С другой стороны, обладание таким оборудованием сократит время, за которое будет выполнен великий план распространения Божественного Семени Кольнара и власти Клана.
Еще хуже было то унижение, которое Клан испытывал уже давно. Человеческая галактика была полна такими лакомыми кусочками, а флоту Клана приходилось тайком пробираться по отсталым мирам, довольствуясь жалкими объедками — пограничными мирами, мелкими поселениями, задавленными бедностью, нищими, как Бетель. Прятаться, как шакалам, после того как они были изгнаны со своих древних земель и потеряли свои владения на древней родине. Обгладывать жалкие косточки, в то время как прямо перед ними накрыты такие шикарные столы. Невыносимо! Этого не должно было произойти!
От его радости не осталось и следа.
— Вы разъединили системы на физическом уровне? — спросил он, и в этом вопросе явно чувствовалось раздражение.
Техник быстро склонил голову.
— В нашу машину не поступает никаких данных, кроме отдельных файлов. Все они вначале анализируются вплоть до последнего байта информации. Наша вирусная программа продолжает осуществлять стремительный натиск и физически делить информацию на отдельные части, в то время как сама распространяется по сетям станции.