«Три», — сосчитал Билазир и взорвал световую гранату. Прежде чем она ударилась о капсулу, он прыгнул назад, как поступили и два других воина клана. Он плотно сжал веки и усилием воли заставил зрачки сжаться, но в глазах все равно потемнело. Ударившись о дверной проем, он упал плашмя и схватил шлем, который нацепил себе на голову. Плазменное ружье выстрелило одновременно со взрывом гранаты. Короткий крик и запах сообщили ему, что оно по-прежнему было нацелено.
Открыв глаза, он заморгал, едва захлопнулась застежка шлема. Боевая медицинская система впрыснула лекарство ему в глаза, но в любом случае его зрение сильно ухудшилось. Ему пришлось активизировать ультразвуковые датчики, чтобы соориентироваться в создавшемся положении.
— Текиз! — позвал он.
— В полной боеготовности, господин, — ответил воин. — Кинтир мертв.
«Я побью ее очень сильно», — решил Билазир. Даже своими полуслепыми глазами он смог увидеть, как из-за дверного проема несколько раз выстрелил плазменный пистолет, а усиленный автоматами слух уловил шаги приближающегося отряда врагов. Времени оставалось мало. Он больше так не лопухнется и не позволит этим необыкновенным скамверминам самим взорвать станцию.
Включилась связь, и на одном из экранов в районе подбородка темным расплывчатым пятном появилось лицо Бейлы. Ее голос перекрывали помехи, но слова все же были понятны.
— Достопочтенный господин, — бесстрастно сказала она. — Сенсоры свидетельствуют о прибытии кораблей.
«Нет! — закричал он про себя. — Нет!»
— Господин, — раздался другой голос. Голос старшего офицера тяжелой пехоты. — Мы сдерживаем контратаку в главном коридорном отсеке, но я не могу гарантировать вашего отступления. Если вы не осуществите его сейчас.
Секунд десять слышалось только тяжелое дыхание Билазира.
— Я буду там через пять минут или не приду вовсе, — ответил он. — Пошли. Текиз, за мной. Мы прорываемся к шлюзам. — «Слава идолу, — подумал он со святотатственной иронией, — северный шлюз здесь неподалеку».
«Я ослепла», — подумала Чанна. Кожа у нее на лице сморщилась в ожидании захвата латной перчаткой. Стоявшая рядом с ней Пэтси продолжала стрелять.
— Осторожно, Пэт, — выдохнула Чанна. Теперь мрак усеяли красные точки, и она почувствовала, как боль тысячью иголок впилась в лоб. Свободной рукой она ощупала свое лицо, коснувшись глаз. Влажно… слезы, только слезы. На ощупь глаза казались нормальными. Секунду, тянувшуюся целую вечность, она переживала, не было ли это чем-то, напоминавшим тот ужасный кубик, который изготовила Джоат.
— Не трусь, я очень осторожна, — заявила Пэтси. — Укладываю все патроны точно в дверной проем. Не могут же они в своих консервных банках передвигаться бесшумно.
— Джоат?
— У меня все в порядке, — ответила девочка. Но в ее голосе звучала надрывная нота, противоречащая словам. — Правда, я ранена и ничего не вижу. Я спускаюсь.
— Не вздумай угодить между мной и дверью! — рявкнула Пэтси.
Чанна упала на колени и на четвереньках с вытянутыми руками поползла вперед. Они коснулись чего-то раскаленного, и она охнула от острой боли, а рука стала влажной. Она вытерла ее о ковер и предприняла новую попытку. Дотронуться до гладкой поверхности титановой капсулы показалось ей верхом блаженства. Когда она потянулась к клавиатуре, ее руки коснулась совсем маленькая ручка. После секундного рукопожатия они вместе нажали клавишу пуска.
— Н-не-е-е-ет…. - прозвучал пронзительный крик, но резервы запасных модуляторов речи Симеона внутри капсулы были сильно ограничены. Он лепетал, бормотал, но потом все же заставил свой голос звучать естественно.
— Спа… сибо, — сказал он. — Чанна? Джоат? — Пэтси тоже подошла, чтобы попасть в поле его зрения. — Что случилось?
— Он что-то бросил, — ответила Чанна. — Вспыхнул белый свет, а теперь мы ничего не видим.
— Это была световая граната, — объяснил Симеон. — Не волнуйтесь! Это не навсегда!
Чанна, всхлипнув, издала вздох облегчения и услышала, как Симеон эхом отозвался ей.
— А надолго это?
— Ну… на каком расстоянии вы были?
— От двух до шести метров, и смотрели прямо в направлении взрыва.
— Ох, — последовала пауза. — «Боюсь, около суток при должном лечении. И это минимум для того, кто находился на расстоянии шести метров. А по поводу остальных я очень беспокоюсь — Лечение может затянуться очень надолго.»
— Ох, здорово. Они могут вернуться через эту дверь…
— Нет, уже не вернутся. Я слышу, как они удаляются в направлении стыковочного модуля. Там идут бои. Знаете, это просто ответ небес на мои молитвы — чтобы три красивые женщины обнимали мою капсулу одновременно. Но не могли бы вы подсоединить меня? Пожалуйста! Это очень важно.