– А вот и не подеретесь, – наигранно заметила я.
– В смысле? – не поняла нефилимка.
– А об этом тебе расскажет Иван, – буркнул Дэм и схватил меня за руку. – А нам пора.
Легонько дернул за собой, и я послушно, как песик на поводке, пошла следом. Почему-то было приятно. И тепло.
За дорогу ни он, ни я не сказали ни слова. Я боялась разрушить и без того хрупкую связь, а Дэм… он, как и всегда, был погружен в свои мысли. Лишь возле самого входа в магазин Альвины Воин Духа произнес:
– Можешь мне пообещать, что дашь родителям шанс?
Кивнула. Можно попробовать – не враждовать же теперь на почве… расовых разногласий. Интересно, а можно ли ведьм причислить к отдельной расе? Строение нашего тела похоже на людское, расположение всех органов – тоже. Единственное различие – тонкие энергетические нити, паутиной расползающиеся по всему телу. Их можно было бы сравнить с венами и капилярами – каждый «отток» отвечает за что-то свое. Вот только я так и не поняла, что заставляет чистую энергию силы растекаться по всему телу.
Знакомый звонок колокольчика, мы внутри. В главной зале снова пусто.
– Нет, дорогой, это катастрофа! Представь, что будет, если кто-то узнает, что наша дочь – ведьма! – едва мы подошли к двери в подсобку, я услышала голос матери. Дернулась, как от пощечины. Так вот, значит, что ее волнует? Дэм предупреждающе сжал мою руку, напоминая об обещании.
– Да, катастрофа. Но доселе никто не интересовался нашей дочерью, да и мы не уделяли ей должного внимания, по-видимому. И вот… выросло! – последнее он почти выплюнул. – А вы, Альвина, как ВЫ могли такое допустить?!
– Знаете, – в голосе ведьмы звенела сталь, – это была вынужденная мера, на тот момент единственная, способная спасти вашей дочери жизнь! И если бы вы были рядом, или хотя бы интересовались тем, как у нее дела – как поживает ее душа – то наверняка бы знали о произошедшем чуть больше, чем абсолютно посторонние для нее люди!
– Это она нас посторонними называла?! – мама взвилась. По ее тону было хорошо слышно, что та сдерживает эмоции из последних сил.
– Такой вывод может сделать любой человек, кто хоть немного понаблюдал за девочкой, – тем же железным тоном ответила ведьма. – Вы даже представить себе не можете, что она пережила за последние несколько месяцев! Да ни один человек бы не смог пройти все эти испытания с тем достоинством, что она. И при этом сохранить здравый рассудок! И после этого вы еще всерьез рассуждаете о том, что ее надо поместить под надзор ордена?! Да вы издеваетесь!
– Это правило, – резко ответил отец. – Если ведьма не удостаивается защиты Ковена, значит, она автоматически считается неблагонадежной и попадает под наш надзор.
– Да знаю я ваш надзор, – выплюнула Альвина, – хорошо, если хотя бы треть выживали. Плавали…
– Мы не навредим собственной дочери, – возмутилась мама.
– Но и не защитите, – твердо ответила ведьма. — Не говоря уже о помощи и участии в нужную минуту.
– Хватит, – свой голос я услышала словно со стороны, ему вторил грохот ударившейся о стенку двери. – Мама, папа, что от меня требуется?
– Последовать вместе с нами в специальное место, где будет измерен твой резерв и эмоциональная стабильность, после провести там какое-то время. И потом – свобода, – пока мама старательно отводила взгляд, отец уверенно загибал пальцы, перечисляя те характеристики, что были необходимы. За всем этим стройным озвучиванием цифр я не поняла ровным счетом ничего.
– Какое-то время, – себе под нос буркнула ведьма, – лет сто, двести.
– … отправляемся примерно через полчаса. Как раз зарядится артефакт.
Последняя фраза немного вывела меня из колеи. Мне хорошо было известно, что артефакты изготавливают ведьмы – наполняя их собственной силой и тратя не магический резерв, а жизненный, постоянно истощая себя. А эти… охотники на ведьм… спокойно используют плоды рук существ, на которых охотятся? Даже при условии мирного соглашения с Ковеном мне казалось это дикостью.
– Нет, – ответила я, почувствовав, как внутри рвется тонкая нить. Когда-то примерно с таким же звуком лопнула струна моих отношений с дедом. Следом — с самой собой из прошлого. Теперь вот – и родители. – И что тогда? Что меня ждет? Возьмете силой?
Родители явно растерялись, не ожидав от меня подобного ответа. Им наперекор я пошла лишь раз – с выбором образования. И то, тогдашние деньки можно списать на переходный возраст и вступление в пубертат. Но сейчас? Сейчас я шла на принцип. Мне надоело, что все вокруг пытаются мне что-то посоветовать, заставить действовать в рамках. Да ради чего? Почему я не могу просто жить? Жить так, как сама считаю правильным и логичным? Не могу, потому что правильным и логичным они считают другое?