— Что ты? — я хотела было ее оттолкнуть. Он и так много крови потерял, зачем?..
— Ш-ш-ш, — шикнула она на меня, и мое тело накрыло демонскими чарами. Настолько темными, липкими и тяжелыми, что я замерла каменным изваянием, способным только глазами вращать.
Лерия все же сделала надрез на его руке, а затем точно такой же на своей. Прикоснувшись своей раной к его, нефилимка прошептала какие-то слова и… рухнула рядом с Ванькой. В тот момент с меня спало физическое оцепенение, но не моральное. Что только что произошло?!
— Не боись. На судьбе этого парня не написана такая смерть, — весело произнесла Серафима, нависая надо мной.
— Ты раз из раза допускаешь одну и ту же ошибку, — внезапно совершенно беззлобно, скорее устало произнесла Альвина.
Эпилог
— То есть теперь они связаны? — ошарашенно уточнила я.
Мы с Альвиной сидели в ее магазине всяких диковинных штук за нашим привычным чайным столиком. Перед нами стоял чайный сервиз. Но в этот раз не древний, Ёхен–тэммоку, а самый обыкновенный белый с черной окантовкой. Я сразу предупредила Альвину, что вряд ли эти кружки будут в такой же цене, как те, из которых мы пили раньше, но она сообщила, что ей вообще все равно из какой посуды чаевничать. Но за чашки поблагодарила.
— Нет, не так, — покачала головой ведьма. — Лерия теперь связана с Ванькой. Она подарила ему часть свой жизни, часть своих сил и теперь во многом зависит от него. Если проводить параллели, то, считай, на Лерии теперь неснимаемая печать принадлежности. До конца отведенной ей вечности… Вот только ее печать принадлежности работает многим жестче, чем твоя.
— Ужас какой, — пробормотала я. От подобной перспективы внутри все сжималось. Но вместе с тем я чувствовала по отношению к нефилимке благодарность. Она пожертвовала многим, чтобы спасти Ваньку.
Нет, я была уверена в том, что друг этим никогда не воспользуется — но то моя уверенность, пронесенная через долгие годы дружбы. У Лерии такой роскоши не было, но она все равно сделала то, что сделала.
— Ужас не ужас, а карты не показывают, что будет дальше, — призналась Альвина. — Такое редко бывает.
— Эти карты… — я сомневалась, стоит ли спрашивать. — Я верно понимаю, что их подарила вам Серафима и это как-то связано с судьбой?
Внезапная догадка озарила меня на следующий день после наших приключений в подвалах оборотней. Я просто вышла за хлебом, как вдруг мне в темечко прилетела мысль, заставившая совершенно иначе посмотреть и на Серафиму, и на Альвину и… на судьбу.
— Да, ты права, — грустно улыбнулась Альвина. — У нас с Серафимой была долгая история, когда-то мы даже дружили. Тогда она и подарила мне эти карты. Она сама их рисовала, сама запечатывала магию судьбы… Вот только…
— Вот только вы стали заложницей этих карт, — закончила я.
— Нет, отчего же? — удивилась Альвина. — Просто в свое время эти карты сыграли со мной слишком злую шутку. Никогда не стоит опираться на судьбу, даже если тебе кажется, что ты ее знаешь досконально. Это слишком обманчиво, да и судьба сама по себе дама изменчивая. Не стоит даже думать о том, что хоть кто-то над ней властен.
— Но как же отдел судеб? — удивилась я.
— Ты воспринимаешь все слишком буквально. Отдел судеб занимается корректировкой несчастных случаев, природных явлений и прочими мелочами, которые не должны вмешаться в нашу жизнь не запланировано. Грубо говоря, если в определенном году должна произойти катастрофа, она произойдет ровно в тот момент, когда должна. Но это совсем не значит, что при определенных усилиях этого нельзя избежать. Как я тебе уже однажды говорила, люди — совершенны. Они обладают такой силой, они на столько способны, что даже целый ковен ведьм никогда не сможет воплотить в жизнь. Мы скалы, которые точит вода в лице людей. Вот только мы — ежесекундная сила, сила мощная и способная лишь внешне на что-то повлиять, они же сила, которая из века в век становится только мощнее. Прости, что я лишила тебя этого.
— Не вы лишили, — я мягко коснулась ее руки в знак поддержки. Ведьма до сих пор переживала из-за того, что мне пришлось пройти ритуал. — А так сложилась. И как говорится… все, что не делается, все к лучшему!
— Как у тебя с родителями? Твоя мать заглядывала на днях. Спрашивала, как ты справляешься с рухнувшей на тебя ответственностью.
— Без антимагических перчаток приходила? — съязвила я.