— Внимание! — прокашлявшись, сказал настенный динамик голосом Палыча. — Всем, кроме службы охраны, немедленно собраться во внутренних помещениях. Повторяю — всем, кроме службы охраны, проследовать во внутренние помещения…
Ольга, проигнорировав это распоряжение, рванула в противоположном направлении — к командному бункеру. Навстречу бежали растерянные люди, но их было немного — условной «ночью» большинство спали, а общие спальни и так относились к бомбоубежищу.
— Да, задраивайте гермодвери! — командовал Палыч в микрофон селектора. — Кто не успел — тот не успел. Да, лучше так, чем если они прорвутся вовнутрь, к детям и женщинам…
— Кто прорвется? — спросила Ольга.
— Ты здесь? — удивился директор. — Ну, может, и к лучшему… Мантисы. Снесли двери складского коридора. Их засекли, когда они попытались вломиться в реакторный зал, но там взрывозащитный тамбур, его танком не сломать. А куда еще они успели просочиться — никто не знает…
— Ничего себе…
— Матвеев начал установку гонять — они как взбесились… — пожаловался Палыч. — Мне постоянно докладывали, что они наружную вентсистему ломают. Но в железных каналах узко, им не пролезть, бетонные рассчитаны на взрывную волну, их не вскрыть. А вот про двери погрузочного терминала мы не подумали. Они стальные, конечно, но не бронированные.
— Мы готовы!
Ольга скептически оглядела собравшихся. Несколько человек из охраны, вооруженные карабинами, какие-то мужики с ломами и баграми с пожарного стенда, и даже двое подростков с ножами, привязанными к ручкам швабр.
— Это что еще за фольксштурм? — спросила она у директора.
— Да, уж… — согласился тот, — не впечатляет. Но нам не надо охотиться, просто локализовать прорыв, заблокировать их в каком-нибудь помещении…
— Если двери сломаны, то во внешних коридорах ваши ополченцы просто померзнут. Может, если остановить Установку, мантисы сами уйдут?
— А если нет? — возразил Палыч. — Работа Матвеева — самое важное сейчас. Это наш единственный шанс.
— Их порвут без всякой пользы, — кивнула Ольга на топчущихся у входа охранников. — Давайте я этим займусь.
— Ты? — изумился директор.
— Ну, не одна, конечно… — поправилась девушка. — Мы уже убили двух мантисов, у нас есть опыт. И скафандры.
— А, эта твоя гоп-компания… Оленька, я надеюсь, тобой движут не личные мотивы? Мы все тебе сочувствуем, но мстить неразумным тварям…
— Не волнуйтесь, товарищ директор, — твердо ответила Ольга. — Я знаю, что делаю.
Палыч внимательно посмотрел ей в глаза, что-то для себя понял, и махнул рукой:
— Действуй!
— Будем двигать это перед собой, — объясняла Анна, показывая на нечто вроде средневекового штурмового тарана, только без бревна.
— Зачем? — не понял Мигель.
— Смотри, она устроена так, что легко катится вперед, но, если ее толкнуть назад, то упирается в пол и не едет, пока не поднимешь за дышло…
— «Гуляй-город» это раньше называлось, — засмеялся Андрей. — Мобильное укрепление.
— Главное — задержать мантиса, чтобы он нас с наскока не порвал, а дальше — уже мое дело… — Анна показала двустволку с укороченными стволами.
Ольга непроизвольно взялась за кобуру — там был пистолет Ивана, который она взяла с собой. Просто с ним было как-то спокойнее. Андрей нес на плече свой карабин, а Мигелю выдали невесть откуда взявшийся маузер. (Надетая поверх скафандра портупея с деревянной кобурой-прикладом выглядела довольно необычно).
— — Посмотрите на себя! — засмеялся испанец, бывший большим любителем научной фантастики. — Мы похожи на шайку космических пиратов!
Сверяясь с план-схемой расположения коридоров, они медленно продвигались вперед. Осматривали сектор. Убедившись, что в нем никого нет, задраивали за своей спиной двери и снова шли, толкая перед собой защитную конструкцию на колесах. Сложнее всего было — выстроить маршрут так, чтобы никто не мог выскочить сзади. Если никак не получалось — не спешили, вызывали инженерную группу, и те ставили временные перегородки, заваривая проходы редкой, но толстой решеткой. Человек мог протиснуться даже в скафандре, а вот мантис — уже нет. В холодных секторах задача еще больше усложнялась тем, что приходилось возвращаться назад для перезарядки баллонов.
Дело шло небыстро — пустых коридоров и неиспользуемых складов под землей хватало. Первого мантиса взяли только на исходе третьего дня. Он выскочил из-за угла и с разгону врезался в защитную конструкцию. Она заскрежетала, расклиниваясь в узком коридоре, но выдержала. Стремительный удар руки-копья, нанесенный сквозь редкую решетку, чудом не достал вовремя отскочившего Мигеля. Хладнокровная Анна выпалила дуплетом, но мантис мотнул головой, и одна пуля выбила глаз, а вторая ушла в потолок. Андрей дважды выстрелил из карабина — не попал, а потом затвор застрял в среднем положении и патрон заклинило. Ольга, неловко держа толстыми перчатками пистолет, подошла сбоку и трижды выстрелила в пустую глазницу почти в упор. Чудовище тяжело повисло на заграждении. Мигель так и простоял, раскрывши рот, и даже не вспомнил про свой маузер.