На каждом из них была надета серая, дымчатая роба, что-то вроде длиной ночной рубашки или балахона. Лица их отдавали пеплом. Глаза были мутными и бессмысленными.
Это не могло не отталкивать. Это не могло не настораживать. И Сергей, поддавшись таким смешанным чувствам, всерьёз приготовился убираться отсюда.
Ведь странные личности, похожие на сектантов, вряд ли помогут бороться с новоявленным кошмаром. И лучше поискать союзников в другом месте.
Резкий шум заставил парня подпрыгнуть над стулом. Через один столик от него присела довольно молодая девушка. Неизвестно зачем, Сергей уставился в ее сторону, будто маньяк на свою жертву.
Дама была во всем сером. Ее кожа имела чуть ли не дымчатый цвет. Волосы тоже были сероватыми. И сама она напоминала облако дыма, хотя и была вполне себе живым человеком.
— Кто вы такие? Зачем вы тут собрались? — Произнес Сергей. Но должного ответа он так и не получил.
Вдруг парень увидел, что девушка принесла с сой небольшую тарелку. На ее белой глади лежала не картошка или бургер, а настоящая, боевая граната.
Она была похожа на стандартную Ф1. Но при этом ее размер был несколько меньше. И она была покрыта чем-то скользким, чтобы ее лучше было… Нет. Этого не может быть.
Зрачки Максимова расшились до предела. Сердце колотилось, как бешенное. Он ужасом смотрел на девушку, которая отрешенно наблюдала за боеприпасом, лежащим прямо перед ее лицом, как кусок прожаренного стейка.
— Ты что собираешься делать? — Протянул парень. Только это опять не подействовало.
Как ни в чем ни бывало, обычным движением руки, дама в сером вырвала из гранаты чеку, которая по идее должна отделяться с солидным усилием, чтобы не было само подрыва. Но в руках молодой женщины такое действие казалось весьма простым.
Потом она спокойно поднесла гранату ко рту и проглотила ее, вытянув вперед шею.
Затем девушка тонкими пальцами зацепила стакан воды, который стоял тут же. Она сделала пару глотков, посмотрела на часы, спрятанные на запястье под балахоном, и удовлетворительно кивнула.
Где-то в ее желудке раздался резкий щелчок. Произошел довольно мощный взрыв.
Небольшой град из останков человеческого тела и крови разлетелся в разные стороны. Оторванный плечевой пояс с красными внутренностями упал на мрачный стол. Ноги вместе с областью таза отлетели куда-то в неизвестном направлении.
Лицо девушки застыло в легкой улыбке, словно так было задумано заранее. Глаза разорванной на части гостьи уставились на Сергея, как два немигающих угля.
Сам же Сергей отскочил в сторону. Или его отбросило взрывной волной… Он точно не понял. Главное, что он сидел на холодном полу, а его стул валялся поодаль.
Парень услышал истошный крик, переходящий на визг. Крик обескураживал, вынося мозги, как ужасающая сирена.
И лишь спустя несколько долгих секунд, Сергей осознал, что кричит непосредственно он сам.
Он никогда в жизни не видел ничего подобного, и никогда в жизни не орал так истошно. Поэтому он резко замолк, испытывая глубочайший шок от произошедшего кошмара.
Но состояние Максимова не разделил никто из присутствующих. Все они, как ни в чем, ни бывало, сидели за столами в комнате, которая (казалось) стала гораздо больше, чем раньше. Кто-то перемещался из одной стороны помещения в другую. А кто-то о чем-то переговаривался. Слов было не разобрать.
Спокойная атмосфера спокойного кафе в простой будничный день. Как будто никто не слышал чудовищного грохота взрыва. Как будто никто не видел, как внутренности несчастной девушки вывернуло наизнанку.
Сергей дышал отрывисто и глубоко. Его легкие буквально разрывались на части. Он ощущал, что глаза практически покинули свои впадины.
Сухой страх душил и парализовывал. Как при просмотре самого неприятного ночного кошмара. Только еще сильнее.
Забыв обо всем, Сергей понял, что будет бежать. Как только его хоть немного отпустит тяжелейший шок, и он снова сможет шевелить ногами. Главное, чтобы его не заметили. Главное, чтобы он не привлек к себе внимания пепельных людей. А иначе невозможно представить, что эти спокойные с виду особи могут с ним сделать.
Понемногу приходя в себя, парень услышал резкий возмущенный голос. Голова, в судорожном припадке повернулась к барной стойке.
Около высокого, деревянного постамента стояла молодая девушка. Вся в сером. С пепельным цветом лица и глаз, и отрешенным выражением лица.
В руках у нее была идеально белая, небольшая тарелка, на которой ничего не было. От этого она казалась странно-голой и неестественной.