– Мы много чего украли.
– Вот черт. Я только что сказал, что пара-тройка проступков была. Я не претендую на сияющее совершенство. Я всего лишь сказал, что уберег тебя. Разве нет?
– Наверное.
– Наверное? У тебя все еще две ноги, чтобы шагать, так ведь? У тебя две руки, чтобы ими есть. И твоя большая глупая голова до сих пор на плечах, верно?
– Кажется, да, – признал Намми.
– Вот и хорошо, – сказал мистер Лисс. – Пошли.
Намми должен был топнуть ногой, но обнаружил, что вместо этого поднимает ногу и делает ровно то, чего делать совсем не хотел, а именно – идет с мистером Лиссом и чудовищем к угнанной машине.
А когда они дошли до нее, Намми понял, что мистер Лисс хочет усадить чудовище за руль.
Ксерокс Боза опустился на водительское сиденье, и мистер Лисс подвел Намми к пассажирской стороне, где открыл обе дверцы.
– Все будет хорошо, Персик. Если я стану управлять машиной, то не смогу держать его на мушке. А так мой пистолет все время будет направлен в его сторону, хотя в этом и нет необходимости.
– Я не знаю, что мы такое делаем, – встревоженно сказал Намми.
– Вначале это были инопланетные жуки, непонятно что безо всякого смысла. Потом был Франкенштейн, это уже не непонятно что, а повод попробовать разобраться в происходящем, просто чтобы доказать, что мы можем. И это все еще Франкенштейн, Намми, но и нечто большее тоже. Даже бесполезный старый бродяга вроде меня может разглядеть в небе знаки, если они достаточно яркие и большие.
Намми взглянул на небо, но не увидел никаких знаков, только падающий снег.
Мистер Лисс улыбнулся, что было удивительно и непривычно, и положил руку на плечо Намми, что напомнило ему о бабушке.
– В этом городе сегодня вечером орудует большое Зло, сынок, больше, чем люди способны себе представить. Когда все закончится, они скажут – дело было в людях-машинах, в свихнувшейся науке, и это будет правдиво, но не до конца. В общем, сегодня в Рейнбоу-Фоллс орудует большое Зло, но это еще не все.
– А что еще? – спросил Намми.
– С самого начала нам с тобой невероятно везло. Мы уже раз десять должны были умереть.
– Это потому, что вы такой умный.
– Для бродяги я достаточно умен, между тем, будь я таким умным, как мои слова, я не был бы бродягой. Однако нам везло не просто так, и, кажется, я понял, в чем дело. Я тебе позже объясню эту часть. Но нам невероятно повезло с тем, что мы нашли этого поломанного монстра, особенно если задуматься о том, что его сломало. Он знает о машине, создающей чудовищ, такие вещи, которые известны только им, а в этой войне подобная информация бесценна. Нам нужно найти кого-то, кто понимает, как использовать знания этого поломанного монстра.
– Кого?
– Я не знаю. Но стану присматривать за тобой и делать самое умное из того, что мне известно, однако еще какое-то время буду обращаться к тебе со словами «покажи мне» и следовать своей интуиции. Интуиция – это тихий голос внутри, который говорит тебе, что правильно, а что нет, что мудро, а что глупо, – а это отличается от умного и тупого. Ну что, полегчало тебе?
– Нет, – сказал Намми. – Ну, может, только чуть-чуть. Но Ксерокс Боза все равно чудовище.
Мистер Лисс приказал Намми залезать на заднее сиденье и продвинуться за спину водителя. Потом положил на сиденье длинное ружье, дулом в сторону от Намми, и сказал:
– Даже не думай взять эту штуку и пойти охотиться на кроликов.
– Я никогда не охочусь, – ответил Намми.
– И помни, это краденое ружье.
– Вы украли его из дома проповедника.
– Именно. И ты не хочешь быть соучастником и в этом преступлении, учитывая количество других бандитских штук, в которых ты в последнее время виновен.
– Я к нему не прикоснусь.
Мистер Лисс закрыл заднюю дверцу, сел вперед, захлопнул свою дверь и протянул ключ Ксероксу Боза.
Чудовище, заведя машину, спросило:
– Куда мы едем?
– Намми, – сказал мистер Лисс, – вот сейчас наступил «покажи мне»-момент, какого никогда еще не было и не будет.
Мистер Лисс на долгое время умолк. До слуха доносился только звук работающего мотора, а снаружи снег падал в темноте, вниз и вниз, косой от ветра.
Намми сидел и смотрел в затылок чудовища, а монстр не начал напевать печальной музыки или чего-то такого, он просто ждал, как и Намми.
Спустя полминуты или около того мистер Лисс наклонился вперед и включил в машине радио.
Человек по радио говорил о войне с кем-то. Потом сказал «Рейнбоу-Фоллс». Затем сказал, что люди не люди.
Мистер Лисс произнес:
– Спасибо большое.
52
Кокон раскрылся. Она освободилась. Она вышла в подвал здания суда.