Джиму ничего не снилось. Он спал сном мертвеца, крепким и неподвижным.
Фрэнки снился Мартин.
Они стояли в лесу. Их окружала ароматная и пышная зелень. Фрэнки почувствовала запах жимолости, клена и сосны. Легкий ветерок шевелил листья над их головами.
- На этот раз ты будешь говорить, проповедник? - спросила Фрэнки.
- Да.
- Что это за место? Где мы?
- Земля, - ответил Мартин. - Уайт-Салфур-Спрингс, Западная Вирджиния, если точнее. Здесь мы с Джимом познакомились. Город находится вон там, в этой лощине. И моя старая церковь тоже.
- Так что мы делаем здесь, в проклятом лесу?
- Ждем.
- Чего?
- Их.
Листва разошлась, и оттуда вышли мужчина, женщина и ребенок, осторожно оглядываясь по сторонам. Группа выживших прокралась мимо Фрэнки и Мартина, по-видимому, не подозревая об их присутствии. Под их ногами шелестели опавшие листья.
- Кто они? - спросила Фрэнки.
- Выжившие, как и ты. Они не видели зомби уже больше недели, поэтому считают, что снаружи безопасно.
- На самом деле?
- Нет. На самом деле, теперь там еще опаснее.
- Да уж, это точно. – Ухмыльнулась Фрэнки. – По улицам бродят мертвецы, не говоря уже о мертвых животных и прочем дерьме.
- Но в этом все и дело, Фрэнки. - Мартин провел рукой по кругу. - Ты видишь зомби? Чувствуешь их запах?
Она понюхала воздух и огляделась. Там пахло сосной и мхом, но не разложением или гнилью.
- Нет. Где они? Ждут в укрытии и планируют устроить засаду на этих людей? Тогда мы должны предупредить их.
- Пойдем за ними. Я думаю, ты должна увидеть это сама. Вот почему я здесь. Чтобы показать тебе, что будет дальше.
- Ты сейчас такой же сумасшедший, как и при жизни, проповедник.
Мартин улыбнулся.
- Тогда это покажется тебе настоящим сумасшествием. Посмотри на них еще раз.
Она перевела взгляд на тех людей и застыла в шоке. Мужчиной был Джим, ребенком был Дэнни, а женщиной – женщиной была она сама.
- Вот черт. - Фрэнки нырнула под ветку и пошла прямо за собой. - Я подыграю. Все-таки это сон. По крайней мере, в нем нет младенцев-зомби.
- Зомби уже нет, - подтвердил Мартин. - Они ушли, перешли в следующий мир.
- Так ты объяснишь хоть что-нибудь? Что случилось? Они все сгнили, превратились в прах или что-то в этом роде?
- Мертвые – не наши истинные враги. Мы назвали их зомби, потому что не понимали, кто они такие. Существа, овладевающие мертвыми, это демоны по имени Сиккизм, и они наши настоящие антагонисты. Они старше человека – намного старше. Им поклонялись вместе с Ваалом на горе Пеор, в земле Моав.
- Моав? Это где-то рядом с Балтимором? - Пошутила Фрэнки.
- Не совсем. Сиккизм господствовал при дворе царя Манассии, и их культы возникли в ассирийской, шумеро-аккадской, месопотамской и угаритской культурах. С ними советовались некроманты и прорицатели, прежде чем они были окончательно запрещены. Сиккизм продолжал жить в Средневековье, но к тому времени они были изгнаны в Пустоту и не могли слышать мольбы своих слуг.
- Я ни хрена не поняла, что ты только что сказал. Ближе к делу, проповедник.
- Они ждут, пока наши души не уйдут, а затем поселяются в оставленном пустом пространстве. Точнее в нашем мозгу.
- У животных тоже есть душа?
Мартин кивнул.
- У каждого живого существа есть душа. И эта энергия покидает тело после смерти. Все, что нужно делать сиккизмам, это ждать в Пустоте, пока один из нас умрет, а затем они входят прямо внутрь.
- А это значит, что нам пиздец, - сказала Фрэнки. - Потому что рано или поздно все умирает.
Мартин улыбнулся.
- Все умирает, Фрэнки. Но не все имеет конец.
- Кто ты такой? Оби, мать твою, Кеноби? Что, черт возьми, это должно означать?
- Со временем ты поймешь. А пока вернемся к зомби – или точнее к демонам. Ты права. Шансы выглядят мрачно. Сиккизмы хвалятся, что их больше, чем бесконечность. Но истина в другом. Хотя их гораздо больше, чем нас, но их число конечно, как и все остальное. Бесконечен только Бог. Это фундаментальное правило мироздания, и даже звезды преклоняются перед ним. Мы видим сиккизмов бесконечными только потому, что не можем постичь их число. Это все равно что пытаться сосчитать количество смолы во Вселенной. Хотя они конечны, для нас сосчитать их было бы невозможно.
- Откуда ты все это знаешь?
Мартин рассмеялся.
- Я узнал много нового. Там, где я сейчас живу, есть великое знание.
- Где ты сейчас живешь? На случай, если никто не удосужился сказать тебе, Мартин, ты мертв. У тебя, блядь, рука оторвалась в той автокатастрофе. Джим расколол твою седую старую голову, как арбуз, когда твой труп воскрес. Где ты живешь, блядь? Ты совсем не живешь.