“Как мне отговорить Арину от развода? Мы же любим друг друга! Наплевать на детей, наплевать на то, что она воскресла, она – моя любимая жена! Неужели такие создания способны перестать любить? Или смерть заставляет их это делать?”
В голове надолго засела недавняя сцена близости.
“Ариша просто испугалась, что увижу этот жуткий шрам и брошу ее. Или что она якобы чувствовала себя бревном, когда я пытался разбудить в ней прежние чувства. Я люблю ее любой, мне плевать, если у нее что-то внутри или нет! Что же, что же делать, как мне ее переубедить?!”
Мужчина смотрел на дорогу, слегка насупившись.
“У нее никого нет, я это точно знаю. Ей просто нужно время”
Асфальт превратился в серое пятно, мелькающее перед глазами. Снегоуборочные машины заранее почистили дорогу от льда и сугробов. Дело шло к новогодним праздникам, машин в послерабочее время становилось до невозможности много, как и общественного транспорта, что ездил переполненный людьми. Город N, как его называли жители поселка, ничем не отличался от сотни других российских городов, разве что был намного меньше. Его окружали другие поселки, разбросанные, как камешки на морском берегу.
Но именно их поселок находился как можно дальше от города. Изолированный. С погодными аномалиями. Слегка заброшенный – специально сделанный вид для очень важных гостей. Летом стояла невыносимая жара. Снег выпадал на месяц раньше или позже положенного. Дожди обходили это место стороной. Метели были самыми яростными и не щадили никого: срывали крыши, ломали деревья, заметали снегом дороги и дома.
“Не связана ли вся эта аномальность с Хранителем? У него, как-никак, способности, как у Христа…”
Павел со стоном вытер лицо.
– Подъезжаем, – сообщил водитель.
Возле городского суда стояло несколько машин, большинство представительных. Могучие ели скрывали массивное бетонное здание со стороны площади. С обратной же выпирала стена с пластиковыми окнами. На самой же площади игрались дети разных возрастов: каждый год, зимой, из снега строились разнообразные горки и ставилась елка, новогодняя, украшенная, пышная.
Павел остановился, зацепившись взглядом за детей, горки и елку.
“Этот Новый год мы проведем вместе, дома. Это даже лучше постоянных выездов за границу”
Внутри здания находилось много народу. В основном, журналисты.
– Сказали же, что заседание будет закрытым. – Павел недоуменно приподнял бровь.
– Ваша жена была очень знаменитой моделью, Павел Иванович, – заметил прокурор, что шел сзади. – Это и вызвало резонанс.
– Понятно.
“Была! Он не в курсе, что Ариша вернулась с того света…”
Павел прошел в сам зал. Рядом с входом стояла клетка, внутри которой сидели светловолосая женщина и мужчина, бритый налысо. На нем красовались спортивная куртка, затертые до дыр джинсы и кроссовки, купленные в ближайшей подворотне.
“Уроды!”
Когда судья вошел в зал, все расселись. Павел проходил по делу как потерпевший. Дрожащими руками мужчина достал из кармана пиджака носовой платок и вытер бежавшие по щекам слезы.
“Я плачу не из-за так называемой смерти. Эти двое разрушили мою семью! Арина мой самый любимый и близкий человек, и мне страшно, что она уйдет от меня, потому что считает себя ходячим трупом…”
Все происходило как в тумане.
– Я был на работе, когда мне сообщили о произошедшем, – откуда-то издалека до него доносились его собственные слова, – бросил все и поехал туда. Увидел, что она лежит на снегу, вся распотрошенная, как соломенная кукла, и я едва не упал рядом с ней. Что, что вы с ней сделали?! Разве она заслуживала такого?!
Это был крик отчаяния. До этого безутешный мужчина глотал его, боясь показать свою слабость.
“Моя Ариша… Я не хочу снова потерять её!..”
– Она всегда была лучше всех, – после долгой паузы ответила светловолосая женщина, – вечно все напоказ. Вокруг нее постоянно крутились мужчины, которых она пачками отшивала. Я же, – на ее лице появилась горькая усмешка, – могла только мечтать о них. Вся моя жизнь состояла из того, чтобы доказать, что я лучше. Но Арина… Она все сломала…
Девушка подняла глаза и усмехнулась снова.
– Я ведь первая на тебя запала, помнишь, Паша?
– Это не дает тебе морального права убивать человека!..
“На самом деле они ее убили… морально. Она подавленная, грустная, все время сидит у зеркала и плачет. Вчера я впервые увидел ее с косметикой на лице, и она улыбалась, хотя по щекам текли градом слезы…”
– Да ты что? Тогда ответь: почему одним все, а другим ничего?
– Не получилось работать моделью, пошла бы в другое место!..