“Я идеально подойду тем, у кого ни разу не было секса”
– Тебя это не оскорбляет?
Паша прилег рядом, когда все закончилось.
– Что именно?
– Такой секс.
– А что в нем не так?
– Ни вздохов, ни криков. Тебя, как мужчина, это должно задевать.
– Ариш, – Паша тяжело вздохнул, – мне все равно. Главное, что ты рядом, любая. А все остальное неважно.
– Ты просто раньше с этим не сталкивался.
– Логично. – Павел со стоном вытер лицо. – Давай спать. Ты устала, я тоже.
– Я не могу. – Арина не смотрела на мужа, который смотрел на нее с любовью.
– Просто полежи, и все.
Она слабо улыбнулась.
“Какой он наивный. Но я люблю его таким…”
Паша поцеловал ее в щечку и, укрывшись одеялом, моментально заснул.
По желтоватой щеке потекла слезинка. Вторая скатилась к губам, и Арина слизала ее языком.
“Даже вкус слезинки я больше не чувствую”
Она долго смотрела в потолок, прислушиваясь к дыханию рядом спящего мужа. Потом не выдержала и, отбросив одеяло, ушла в зал. Свет решила не включать и подошла к окну, где стояла глубокая ночь.
В голове всплыло недавнее событие.
Арина вместе с Павлом отправились в здание интерната, где размещался суд.
– Ты хорошо подумала?
Паша старался скрыть волнение и боль, морщился, словно съел кислую конфету.
– Подумала. И не надо меня отговаривать.
Он тяжело вздохнул, отвернувшись.
– Ариша, Ариша…
Маргарита Михайловна встретила их холодным приветствием.
– Я вообще не понимаю, что взбрело тебе в голову! – сказала она, усаживаясь за стол. – Ты радуйся, что он не бросил тебя после произошедшего…
– Я сама его бросаю.
– Пожалуйста, Маргарита Михайловна, повлияйте на нее! – взмолился Павел. – Я не хочу ее снова потерять!
Судья Холина шумно выдохнула.
– Вот заявление, – Арина придвинула листок с написанным от руки текстом, – только не задерживайтесь, хорошо?
Паша не выдержал и взял любимую за руку.
– Ариша…
– Нет, Паша. Я уже все решила.
Он едва не плакал от обиды.
– Что я делаю не так, скажи?! Почему ты хочешь разорвать вот так все?!
Арина посмотрела на него в упор.
– Зачем тебе ходячий труп?
– Ты не ходячий труп, ты моя любимая жена!..
Она тяжело вздохнула.
– С тобой бесполезно спорить…
Маргарита Михайловна отложила листок.
– Я рассмотрю заявление и заявлю о своем решении позже. Можете быть свободны.
39
– Ты всю ночь просидела у телевизора?
Арина отложила пульт.
– Ты спал, а я с момента возвращения спать больше не могу.
Павел почесал голову.
– Я тут подумал… Может, тебе найти какое-нибудь занятие?
Она посмотрела на него.
– А почему бы и нет?
На бледном лице появилась усмешка.
– Пока нет настроения. Я все еще переживаю из-за своего ухода из модельного бизнеса.
– Этот модельный бизнес тебя чуть не погубил! – вспылил Паша. – Прости, – он тут же раскаялся, – мне до сих пор тяжело…
– Я понимаю.
За два дня до Нового года они подъехали к зданию интерната.
“Я надеюсь, Маргарита Михайловна приняла верное решение”
Арина надела перчатки, скрывая фарфоровость пальцев, и вышла из машины следом за мужем, когда тот протянул ей руку. Она не могла не заметить, как он волновался, пытаясь скрыть это под маской равнодушия.
– Пойдем, Ариша. Нас уже ждут.
Маргарита Михайловна держала в руках листок, написанный девушкой.
Судья выдохнула и произнесла:
– Я рассмотрела твое заявление, Арина, и вынуждена тебе отказать.
Арина удивленно посмотрела на нее:
– В смысле?
– В прямом. Я не буду вас разводить.
Павел облегченно выдохнул.
– Но как же так…
– Причина развода пустяк. Или тебе есть куда пойти?
– Пустяк? То есть, мое разлагающееся тело – пустяк?!
– Разложения больше нет. Расслабься.
– Я не просила меня воскрешать! – Арина вскочила. – Это была идея моего мужа!..
– Ариша… – Павел попытался ее успокоить.
– Все, хватит! Я больше так не могу! – и девушка выбежала из кабинета.
Паша бросился за ней.
– Ариша!..
Она стояла у окна и рыдала навзрыд.
– Ну что ты, – мужчина подошел к ней и положил руки ей на плечи, – не плачь…
– В этом городе всем на всех насрать! – воскликнула Арина. – Вы тешите только свое эго, а на наши чувства вам насрать!..
– Неправда! Я думал о твоих чувствах и думаю до сих пор!
– Тебе просто меня жалко!
Паша замолчал, поджав губы.
– Если ты так думаешь…