Студия подкаста «Вне Кадра» располагалась в Силвер-Лейк, в одном из тех зданий, которые когда-то были складами, а теперь превратились в творческие пространства для людей, которые зарабатывают на жизнь разговорами. Индустриальный бетон, большие окна, минимальная мебель — эстетика, которая говорит: «Мы серьёзные люди, которые делают серьёзные вещи, но при этом остаёмся доступными и понятными».
Я припарковался рядом с кафе, где хипстеры пили кофе по восемь долларов за чашку и притворялись, что работают над сценариями, которые изменят мир. Через окна студии виднелись силуэты людей, двигающихся с той особой энергией, которая бывает у команды за час до прямого эфира.
Коул Риверс встретил меня у входа — мужчина лет тридцати пяти, с аккуратно подстриженной бородой и глазами, которые видели достаточно, чтобы не удивляться ничему, но ещё не настолько много, чтобы потерять интерес к людским историям. Он был одет в ту нарочито небрежную одежду, которая стоит больше, чем месячная аренда обычного человека — джинсы, которые выглядят поношенными, но куплены такими в дорогом бутике, футболка известного бренда, кроссовки, за которые можно купить подержанную машину.
— Гэри Оушен, — сказал он, протягивая руку. — Большая честь. Я читал ваши книги ещё в колледже.
— Надеюсь, они не слишком травмировали вашу неокрепшую психику, — ответил я, пожимая ему руку.
— Наоборот. Они показали мне, что можно писать о настоящей жизни, не приукрашивая её.
Мы прошли через холл, где на стенах висели постеры с гостями подкаста — актёры, режиссёры, продюсеры, сценаристы. Лица людей, которые создают истории для тех, кто устал от собственной жизни. Галерея мечтателей и разочарованных идеалистов, которые научились продавать свои разочарования по рыночной цене.
Студия была небольшой — два кресла, стол между ними, микрофоны на подвижных кронштейнах, камеры, которые почти не заметны, пока не вспомнишь, что каждое твоё слово будут слушать сотни тысяч людей. На стенах — акустические панели цвета древесного угля, мягкий рассеянный свет, атмосфера интимного разговора, который случайно транслируется на весь мир.
— Кофе? Воду? — предложил Коул.
— Воду, — сказал я.
Техник — парень лет двадцати пяти, с волосами, которые выглядели так, словно он засунул палец в электрическую розетку — прицепил мне микрофон к рубашке и попросил сказать что-нибудь для проверки звука.
— Проверка, проверка. Меня зовут Гэри Оушен.
— Звук отличный, — улыбнулся техник.
Коул уселся в кресло напротив меня, надел наушники и посмотрел на часы. За пять минут до эфира он превратился из дружелюбного парня в профессионала — сосредоточенного, собранного, готового к двухчасовому марафону разговора с человеком, которого видит второй раз в жизни.
— Готов? — спросил он.
— Настолько, насколько может быть готов человек к публичной исповеди, — ответил я.
Красный индикатор загорелся, и Коул мгновенно преобразился. Голос стал тёплым, доверительным, как у старого друга, которого не видел несколько лет.
— Добро пожаловать во «Вне Кадра» — подкаст о том, что происходит за камерами, между дублями и после того, как гаснет последний прожектор. Меня зовут Коул Риверс, и сегодня со мной писатель, сценарист и человек, чей недавний пост о Лос-Анджелесе заставил весь интернет говорить о цене американской мечты — Гэри Оушен.
Он сделал паузу, отпил воды и продолжил тем же тёплым тоном:
— Но прежде чем мы начнём разговор, несколько слов от наших спонсоров. Этот выпуск подкаста представляет вам «Скриптлэнд» — платформа для молодых сценаристов, где ваши истории находят своих продюсеров. Переходите по ссылке в описании и получите скидку двадцать процентов на первый месяц подписки. А также спасибо нашим постоянным слушателям, которые поддерживают нас через «Патреон» — без вас этого подкаста не было бы.
Реклама в мире подкастов — это искусство делать вид, что ты говоришь от сердца о вещах, которые тебе платят за упоминание. Коул справлялся с этим мастерски — каждое слово звучало искренне, каждая интонация была выверена.
— Итак, Гэри, — продолжил он, когда рекламный блок закончился. — Для тех, кто может не знать, расскажите немного о себе. Ваш путь в литературу, ваши книги, что привело вас в Лос-Анджелес.
— Путь в литературу, — повторил я, задумываясь. — Звучит так, словно это была сознательная дорога с указателями и картой. На самом деле, это скорее блуждание в тумане с надеждой, что где-то там есть выход.