В другом шурфе, тоже упершемся в свод подземелья, перекрытие разбирал Левин. И тут луч его фонаря нащупал дно подземного склада.
Осмотрев шурф Левина, полковник Азаров распорядился расширить отверстие до таких размеров, чтобы сквозь него мог пролезть кто-нибудь из саперов. Капитан решил сделать это сам.
Осторожно вынув из перекрытия еще несколько кирпичей, он спустился в подземелье по веревочной лестнице, внимательно читая маркировку на боковых стенках ящиков с боеприпасами.
В одном штабеле находились артиллерийские мины, в соседнем — фаустпатроны, а с противоположной стороны — стопятимиллиметровые снаряды.
Капитан Левин обратил внимание и на то, что ящики в штабелях были сырыми. Стенка одного из них настолько прогнила, что сквозь нее был виден стальной корпус осколочно-фугасного снаряда, изъеденного ржавчиной. На поверхности соседнего выступили пикраты, повышающие возможность самопроизвольного взрыва.
Так как несколько шурфов прошли вдоль четырех наружных стен подземелья, Азаров имел теперь возможность сообщить комиссии приблизительное количество находящихся на складе боеприпасов.
— Пока мы обнаружили там стопятимиллиметровые снаряды, стодевятнадцатимиллиметровые артиллерийские мины и ящики с фаустпатронами и гранатами, — докладывает полковник. — Видимо, есть в подземелье и инженерные мины, а может быть, и взрывчатые вещества. Судя по тому, как плотно заполнена штабелями с боеприпасами та часть склада, в которую мы проникли, всего там не менее десяти тысяч одних только снарядов. И наверно, разных калибров. Очевидно, столько же и артиллерийских мин. Фаустпатронов и гранат, пожалуй, меньше. Да плюс еще инженерные мины. При такой «разношерстности» боеприпасов работа будет нелегкой…
— Вы полагаете, что штабеля стоят там вплотную? — интересуется подполковник инженерных войск из штаба округа. — Могли разве педантичные немцы пренебречь правилами безопасного расстояния между штабелями с боеприпасами?
— Они не пренебрегли бы этим, если бы обнаруженное нами подземелье было обычным складом, а не складом-сюрпризом, — отвечает полковник Азаров.
— Да и не до правил им было в те дни, — поддержал его артиллерийский полковник. — Штабеля там, конечно, впритык друг к другу. Во всяком случае, нужно исходить из худшего, что все подземелье беспорядочно забито снарядами и взрывчаткой. А теперь давайте решать — можно ли пойти на риск уничтожения такого количества боеприпасов на месте или необходимо вывезти их за город и уничтожить там. Что тоже очень рискованно.
— Как вы относитесь к первому варианту, товарищ полковник? — спрашивает Азарова секретарь городского комитета партии. — Я имею в виду уничтожение боеприпасов на месте.
— У нас есть формула определения безопасного расстояния для сооружений по сейсмическому воздействию на них взрыва, — расстилая на столе план города, медленно произносит Азаров. — Я произвел по ней пока лишь самый приблизительный расчет.
— И что же получается?
— Получается, что в сферу воздействия взрывной волны попадают: фабрика имени Пятидесятилетия Октября, химзавод и его лаборатория. Но главным образом — кварталы жилых домов, прилегающие к Козьему пустырю.
— А подземные сооружения? — спрашивает председатель городского исполнительного комитета. — Я имею в виду кабель телефонной связи и магистральную линию водопровода.
— И газопровода тоже, — добавляет Азаров. — Но это еще не все. Пострадает, видимо, и железная дорога. К счастью, вокзал и станционное хозяйство находятся на другом конце города, но главная магистраль железнодорожного пути может быть повреждена. Нарушится, следовательно, все движение на этом очень важном участке дороги, связывающей нас со столицей. Вот, товарищи члены комиссии, каковы размеры возможной катастрофы.
Некоторое время все молчат. У всех свежа в памяти минувшая война, и потому не требуется большой фантазии, чтобы представить себе, во что могут превратиться просторные светлые улицы этого молодого промышленного города, если произойдет взрыв подземного склада боеприпасов.
— В правильности расчетов полковника Азарова у меня нет сомнений, — первым нарушает молчание подполковник инженерных войск из штаба округа. — Не сомневаюсь я и в том, что он за вывоз снарядов за пределы города.