индивидуальные огороды. «Летунов» на шахту не принимали. Всё это
позволило сократить текучесть кадров, укрепить состав бригад,
уплотнить их рабочий день. Ввели прогрессивно-бригадную сдельщину.
Заработок шахтеров теперь зависел от результатов работы за месяц.
Рабочие ведущих профессий стали получать больше.
В первом туре Всесоюзного конкурса на лучшую шахту коллектив
«Голубовки» занял третье место. Он перевыполнил план добычи угля,
повысил производительность труда, значительно снизил себестоимость
продукции. Голубовцы соревновались с коллективом Горловской шахты
№ 1 «Кочегарка». В следующем туре конкурса они заняли второе место.
Шахта отличалась высокой культурой производства. О чистоте
откаточных выработок заботились руководители, все рабочие. Обвалы с
кровли и боков горных выработок, особенно откаточных, не
допускались, их систематически ремонтировали, не прекращая добычи.
На страже чистоты стал систематический, неотложный ремонт горных
выработок. На шахте № 22 ничто могло остановить этого ремонта. Даже
непрерывная добыча угля по уклонам. В этом случае ремонт тоже
производился, и не в ущерб добыче.
Вот характерный пример. На третьем уклоне пласта «Никанор» всегда
отставала подрывка, валило со всех сторон, люди отказывались здесь
работать. Так было до лета 1933 года. Потом тут навели порядок, стало
чисто, просторно. Ремонт произвели без остановки. Ре-
145
монтные бригады Волкова, Ковалёва и Полатева во время выдачи угля
производили подрывку, трудились терпеливо, упорно и после ремонта
сдали уклон в отличном состоянии. Рабочие кайлом сбивали породу и
выдавали ее на-гора. На том месте, где производилась выемка породы,
под рельсы подкладывали заранее подготовленные подшашки. Эта
операция выполнялась на протяжении 18 — 20 метров. После того как
подрывка на участке заканчивалась, начиналась посадка. Так же
производился ремонт других уклонов, бремсбергов, штреков,
квершлагов.
За чистоту боролись и жёны шахтеров — домохозяйки. По инициативе
подземной лебедчицы Мурзич они регулярно спускались в шахту и
белили выработки. Чтобы пройтись по главным выработкам и
откаточным штрекам, не нужно было надевать «шахтерку» — везде
сухо, чисто, светло.
Особенно чисто было в главном квершлаге. Люди свободно шли по
хорошо освещенному и выбеленному подземномy коридору. По ровной
боковой канаве вода вытекала в зумпф. Нигде ни грязи, ни рухляди, ни
старого леса, ни вывалившейся породы. Уклон первого участка
четвертого пласта с ровным рядом ярко горящих электролампочек
напоминал городскую улицу ночью. Каждая смена строго следила за
порядком на уклоне, в квершлаге, штреке, бремсберге.
В 1933 году на «Голубовке» развернулось изотовское движение. По
примеру знатного донецкого горняка Никиты Изотова здесь до двухсот
человек добивались высокой выработки. Среди ударников особенно
выделялся вру6машинист М. И. Крицкий. Он стал горняком в 1910 году,
когда поступил саночником на Вальяновский рудник в Донбассе. Вскоре
начал работать забойщиком. Выполнял обязанности помощника
врубмашиниста Симонова, который впоследствии стал горным
инженером. Уже через 2 месяца самостоятельно управлял машиной. За
два десятилетия отлично освоил врубовые машины разныx марок,
превратился в опытного мастера своего дела. К концу 1934 года он
научил работать на вpyбовках 30 человек, которые в свою очередь
приобщали к технике молодых рабочих. Так эстафета высокого
мастерства переходила из рук в руки... Ученики Крицкого – Океев,
Гусев, Садык, Надеев — считались одними
146
из лучших ударников шахты, в совершенстве знающими технику.
Опыт механизаторов «Голубовки» перенимали работники десятков шахт
Донбасса, Урала. Они учились у кадиевчан правильной организации
труда в лавах, искусству культурного технически грамотного
руководства производством. «Голубовка» и шахта имени Ильича треста
«Кадиевуголь» представляли собой передовые коллективы, на которые
равнялись, у которых перенимали все новое, прогрессивное.
Многому можно было поучиться у Петра Андреевича Киселёва. Он
поступил на Кадиевский рудник в 1898 году и проработал здесь