— ведь в 1936 году тут проживало 77,8 тысячи человек.
180
Одни в своё время эвакуировались из
города. Других оккупанты угнали в
Германию, третьи умерли от голода и
истощения. А многих шахтёров,
которые не захотели
работать на фашистов, гитлеровцы
зверски уничтожили. Уже на пятый
день после освобождения Кадиевки
специальная комиссия по выявлению
ущерба, нанесенного городу
захватчиками, обнаружила в погребе
близ помещения фашистской
полиции в Голубовке восемь трупов
замученных. 10 сентября она
извлекла из ствола шахты 3/3-бис 59
трупов мужчин и женщин. 58 человек
были убиты выстрелами в голову,
одного изверги сбросили в ствол
живым. В противотанковом рву,
между станцией Алмазная и городом,
оказались 122 трупа мужчин и 15
трупов женщин. Родные и знакомые опознали 61 человека. Остальные
погибшие были изуродованы до неузнаваемости. Одиннадцать человек
оккупанты умертвили в бомбоубежище возле сожженной церкви,
восьмерых — во дворе рудника «Голубовка», где помещалась
фашистская полиция. 16 сентября члены комиссии извлекли из того же
противотанкового рва 46 трупов расстрелянных и убитых холодным
оружием. У многих погибших были отрезаны уши, носы, проколоты
лица, шеи, размозжены головы, переломаны кости, выкручены руки. Как
видно, прежде чем расстрелять, гитлеровцы зверски избивали и мучили
советских людей.
Свидетельница злодеяний фашистов Ф. A. Кириченко рассказывала:
«Массовые расстрелы немцы начали в октябре 1942 года в
противотанковом рву. Первая партия убитых состояла более чем из 20
человек. Среди
181
них были мужчины, женшины, подростки. Около конторы
«Донбассжилстрой» в помещении гаража немцы устроили тюрьму. В
этот сарай-гараж было загнано много советских граждан. Оттуда всегда
доносились заглушенные стоны, крики, проклятия. Были здесь и
маленькие дети. Часто я видела, как из этого сарая немцы выводили
женщин с детьми и из-за угла, за которым они скрывались, раздавались
одиночные выстрелы. Один раз после такого гнусного преступления
немецких извергов я увидела расстрелянных ими женщин и малолетних
детей. Тут были дети от одного года до 12 лет. Были слышны стоны. Это
стонали раненые. Вскоре к гаражу подъехали немцы и привезли на
подводе какие-то ящики. А через четверть часа, когда я уже была дома,
произошел потрясающий взрыв. Это немцы взрывали гараж, где
находились арестованные, которые были похоронены под обломками
помещения».
Как совершали это чудовищное преступление, видели также А. К.
Романенко, А. В. Печерская, А. Т. Черных и другие.
М. В. Овчаренко находилась неподалеку от противотанкового рва, когда
однажды немецко-фашистские изверги расстреливали из автоматов
советских людей. Несчастные были связаны группами по десять
человек. «Немцы это сделали, очевидно, затем, чтобы до расстрела
никто из них не убежал», — рассказывала она. А вскоре М. В.
Овчаренко стала свидетельницей такого случая. На рассвете в ее саду
появился окровавленный мужчина. «Что случилось?» — спросила она.
«Разве не слышите?» — ответил мужчина и махнул рукой в сторону
противотанкового рва, откуда доносились звуки выстрелов, крики и
стоны — оккупанты снова зверствовали.
«Я живу в конце улицы Менжинского, — сообщала И. А. Тарасова. —
Окна моего дома выходят в открытое поле. Метрах в двухстах —
трехстах находился пpoтивотанковый ров. И я хорошо видела, как туда
подъехали три немецкие автомашины с арестованными жителями
Кадиевки. Арестованных высадили из машин и приказали спустить
брюки до колен, очевидно, для того, чтобы они не могли бежать. Среди
арестованных было много юношей. Их всех расстреляли и сбросили в
про-
182
тивотанковый ров. Ночью из рва выполз один раненый. Он добрался до
пустой квартиры в доме по улице Руднева и там спрятался. Жители
оказали ему помощь, и он скрылся».
А. П. Ложанкова видела, как у рва расстреливали её мужа и 12 других
советских граждан. Палачи приказали обреченным лечь на снег, а сами
поодаль стали распивать водку. Потом они начали истязать ни в чём
неповинных людей: бить прикладами, топтать сапогами, выкручивать