– Ну, с другой стороны, зачем он тебе, если в Городе все равно не видно звезд? – ободряюще проговорила девушка.
– На третий раз вопрос был уже чисто принципиальный, – вздохнул паренек. – А вот тут, в апартаментах 102, жили господин и госпожа Эльсвейр. У них много фотографий осталось. – Он толкнул незапертую дверь, и, заглянув внутрь, Шайни убедилась в его правоте: снимков и в самом деле была целая гора. И, видимо, в какой-то момент на них совершенно перестало хватать рамок, потому что большинство цветных распечатанных карточек были прикреплены к стенам на кнопки.
Почти на всех из них была изображена одна и та же женщина: где-то она выглядела чуть моложе, где-то постарше. И везде она была обнажена – частично или даже целиком. Отчего-то мысль о том, что Ван мог все это внимательно рассматривать, неприятно отозвалась где-то у Шай под ребрами. Вдруг захотелось накрыть ему глаза ладонью и увести отсюда подальше.
– Это… госпожа Эльсвейр? – нахмурившись, спросила девушка.
– Она, – кивнул тот. – Но у него в тайнике в спальни есть фотографии и других женщин. И… – Он замялся.
– Что такое?
– Думаю, те женщины не знали, что он их снимает, – с ощутимым неодобрением в голосе произнес Ван. – Там были… странные ракурсы. Иногда даже лица не было видно, только… разные оголенные части тела. Я не рассматривал их особо долго, но ощущение от этих снимков осталось… гадкое.
Перед глазами Шай вдруг резко встало фото с объявления на фонарном столбе. Вот какое ощущение ее оттолкнуло – как будто тот, кто был в номере, не знал, что его снимают. Как будто фото было сделано исподтишка. У нее по спине поползли неприятные, липкие мурашки.
– Ладно, идем дальше. В апартаментах 105 жила бабуля Хоц. – Кажется, заметив, что девушка напряглась, Ван потянул ее дальше, уводя от комнаты с фотографиями. – У нее очень много распятий и всяких… молитвенных книжек. А еще зачем-то просверлены дырки в стене. Прямо насквозь, там соседнюю квартиру видно…
Он все рассказывал и рассказывал, показывая то на одну, то на другую дверь, ведя ее с этажа на этаж, и с каждым новым персонажем его истории Шай делалось все больше и больше не по себе. Одна из жительниц многоэтажки держала у себя с десяток кошек, тела которых после смерти хранила в холодильнике, номеруя отдельно каждый пакет. Другой обитатель увешал все стены плакатами с какой-то поп-группой, состоящей из девушек едва ли старшего школьного возраста, и на каждом из них были маркером пририсованы гипертрофированные гениталии. Была семейная пара, которая коллекционировала чучела животных заполнив ими чуть не всю квартиру, и Ван признался, что так и не рискнул заглянуть в детскую, откуда шел самый сильный и гадкий запах. А еще была квартира, полная тараканов, окурков и разбитых бутылок, в которой постоянно звучал надрывный детский плач.
– Туда я вообще стараюсь не заходить. Заколотил бы дверь, но Город все равно снимет все доски наутро, так что смысла в этом… немного.
– Как ты… как ты вообще живешь здесь? – наконец с трудом произнесла Шай. – Я… пока ты не… Я вообще никогда не задумывалась, кто живет рядом с нами. Кем были наши с Немо соседи… И… ты правда никогда их не видел? – Он отрицательно покачал головой. – Это не чужаки, не призраки, не тени, не заблудшие. Но я… я не могу поверить, что в реальном мире это место могло населять столько… больных на голову людей одновременно. Да даже не в любом дурдоме найдешь такую пеструю коллекцию! Кто… кто они все такие, Ван?
Тот не ответил, а девушка медленно обвела взглядом пустой коридор, по которому они прошли. Здесь все было таким же, как и в других частях Города – заброшенным, нежилым, вымершим. И если еще полчаса назад ей искренне хотелось, чтобы у этого места было прошлое, то теперь, заглянув в его зияющие смрадной чернотой провалы, что заменяли глаза, Шай страшно было представить, что здесь и правда когда-то обитали живые люди. Ходили по лестницам, ездили на лифте, оставляли коляски внизу, около каморки консьержа, общались друг с другом и казались нормальными, а потом закрывали за собой дверь и прятали по холодильникам трупы кошек или подсматривали за соседями через дырки в стенах.