Когда он покинул квартиру, уже совсем стемнело, но Немо не нужно было зрение, чтобы повторить сто раз исхоженный путь. Вывеска студии тайского массажа, затем в открытое окно соседнего здания, по коридору вдоль приоткрытых дверей, за которыми привычно что-то мелькало и перемигивалось, сдернуть со стены огнетушитель, швырнуть его в…
Тяжелый предмет инерцией вырвало у него из рук, прежде чем он успел в полной мере осознать происходящее. Огнетушитель вылетел в разбитое окно и через пару секунд с грохотом приложился о крышку мусорного бака. Да, все верно – окно уже было разбито, и Немо слишком хорошо знал эту дыру, в которую нырял сотни раз, чтобы усомниться в том, что она появилась именно от его броска. Как давно это было? Когда он проходил тут в последний раз? Совершенно точно не в эти сутки, а значит…
Значит, ее тут быть не должно было. Точно так же, как не должно было быть дырок на его футболке. Как давно он их заметил? Как будто бы буквально на днях, но точнее вспомнить не получалось.
А ведь это был уже не первый звоночек. Подобного рода мелочей накапливалось все больше, и они постепенно даже переставали казаться чем-то ненормальным, хотя по сути своей именно таковыми и являлись. Город будто бы дряхлел. Покрывался сеткой трещин и пятнами ржавчины – причем не теми, что изначально были задуманы как часть пейзажа, а теми, которые, кажется, сам он контролировать не мог.
Неожиданно Немо осознал, что вот уже, наверное, с полгода их Создатель не устраивал большую перестройку. Никаких новых улиц и зданий, никаких перемен в интерьере и городской инфраструктуре. Раньше парень никогда не мог быть уверен, куда попадет и что увидит, если свернет на следующем перекрестке, а теперь наизусть знал все основные маршруты, которыми передвигался каждый день. Выучил их настолько хорошо, что даже одно разбитое окно уже бросалось в глаза и вызывало ступор.
Город не менялся. Не залечивал собственные мелкие раны. Был вынужден вступать в переговоры, используя свою марионетку. Он слабел и постепенно терял власть – над ним, всеми остальными и тем, что происходило на Его улицах.
– Ты ведь и сам понимаешь, что Тебе меня не остановить, – произнес Немо вслух, подняв глаза к потолку. – Но лучше так, чем долго и мучительно гнить на смертном одре, поверь мне, старик. Я все сделаю быстро.
Город безмолвствовал, но парень готов был поклясться, что кожей ощущал пристальный и в то же время словно растерянный взгляд на всем пути до Отеля.
Казалось бы, с учетом этих ощущений какая-нибудь очередная лекция Карла на тему его внешности, поведения или манер могла бы оказаться очень кстати, но управляющий даже не взглянул в его сторону, словно Немо стал уже таким же привычным элементом общего интерьера, как и рассредоточенные по лобби призраки, неустанно повторявшие одни и те же бессмысленные действия, пока вредный старик не дергал их к себе для других нужд.
Дверь в комнату Эрика он, как и в прошлый раз, открыл с помощью копии мастер-ключа, однако, судя по всему, его внезапные вторжения уже перестали пугать – или хотя бы просто удивлять – чужака, потому что тот даже не сразу обернулся на звук его шагов. А когда все же сделал это, Немо увидел в его руках открытую шкатулку – ту самую, которую по просьбе Аполло парень лично доставил в Отель три дня назад.
Черт, даже не верилось, что с тех пор прошло всего каких-то три долбаных дня.
– Так, значит, ларчик наконец открылся? – лениво поинтересовался Немо, привалившись плечом к углу крохотного коридора, ведущего от двери к основному пространству номера. Бегло осмотрев комнату, заодно убедился, что за ночь здесь не произошло никаких драматических изменений – не считая разве что того факта, что отмеченный ими вчера городской архив пропал с карты. И хотя этот ход со стороны Города был вполне ожидаемым, парень все равно ощутил покалывающую где-то в груди досаду.