В голове Эрика царил сущий разброд. Идея пристрелить жутковатого типа казалась невероятно соблазнительной, но, с другой стороны, имело ли смысл тратить на него один из оставшихся драгоценных патронов? Вдруг он просто местный сторож, на замену которому тут же нарисуется другой, не успеет он отправить следующий патрон в ствол? Будь здесь Немо, все было бы куда проще – хотя бы потому что мелкий засранец знал каждого местного фрика в лицо и по имени. И, что куда важнее, по должности и положению в пищевой цепочке. Без этого знания Эрик чувствовал себя слепым котенком, наугад тыкающимся в темноте. Он даже не понимал, была ли текущая ситуация опасной – интуиция вопила, что да, но можно ли было сопоставить эту опасность и цену одного патрона?
Приходилось двигаться на ощупь.
– А ты, значит, знаешь, в чем предназначение моего оружия? – поинтересовался он.
– Знаю, – подтвердил его собеседник, и уголок его губ дернуло одобрительной улыбкой. – И вы рано или поздно узнаете. Если, конечно, будете готовы слушать не только одну сторону.
Эрику всегда удавалось быстро соображать в экстремальных ситуациях – в его работе это иногда означало единственную возможность выжить. Вот и сейчас вопрос с его губ сорвался быстрее, чем он успел осознанно его сформулировать:
– Ты говоришь о Немо? Мне не стоит его слушать?
– Немо много болтает, это верно. Но о самом главном он вам никогда не скажет. На этом перекрестке не две дороги, господин Сай. Есть третья. – Незнакомец улыбался ему почти доброжелательно, но расслабиться все равно не выходило.
– Я могу пройти свое испытание. Могу пойти за Немо. А какой третий вариант?
– Можете сделать то, за чем вас сюда привели, – охотно ответил ему собеседник. – Немо убедил вас в том, что у вас нет выбора и нет других союзников. Что вы здесь крыса в лабиринте, которую сожрут, если она останется одна. Но это не так. Ваше прошлое неважно. Неважно даже ваше настоящее. Имеет смысл только будущее. Вы нужны Немо, но он вам – нет. И это то, о чем он ни за что вам не скажет.
– Надо полагать, ты скажешь? – Эрик наконец опустил оружие.
– Скажу, – подтвердил незнакомец. – Скажу даже больше, чем вы в принципе могли бы узнать, даже перерыв все эти папки до одной. Но предлагаю продолжить этот разговор в другом месте, если вы не против.
Мужчина ничего не сказал – только кивнул. И убрал пистолет обратно в кобуру.
Нет, этот франт определенно не был «простым сторожем»: даже по его размытым и обрывочным формулировкам становилось ясно, что он знал намного больше, чем мог бы знать случайный наблюдатель, коими полнились эти улицы.
А значит, им в самом деле было о чем поговорить.
Глава 22. План
– Погоди, погоди, я правильно все понял, мой дерзкий друг? – замахали на Немо белые перчатки Ури. Сам фокусник в это время задумчиво пощипывал подбородок, сидя верхом на огромном разноцветном шаре. – Ты собрался использовать Тварь как универсальную отмычку?
– Скорее, как универсальный таран, – поправил тот, выразительно щелкнув пальцами в его сторону. – Мы же это уже обсуждали, помнишь? Что Тварь и Город плохо совместимы. Я потом много об этом думал и пришел к выводу, что их энергии и правда во многом противоположны. А произошедшее в Школе Чиок только подтвердило мои догадки – на Тварь законы Города действуют не так, как на остальных. Для нее не существует запертых дверей, даже если это двери зала, за которым вовсю идет поставленный нашим Создателем спектакль. Ты ведь сам знаешь, никому из нас не позволено уходить посреди представления – или вламываться после его начала. Да что там – даже чужаки не могут уйти с четко очерченной для них территории во время своего испытания. А Тварь смогла. А раз она может это, то стоит задуматься о том, что еще она умеет.
– Я согласен, – серьезно сдвинув брови, кивнул Ван.
Немо на его невероятно ценное замечание только фыркнул, на пару секунд закатив глаза. На его взгляд, парнишка потратил неприлично мало времени на осознание и принятие того факта, что его приняли в высшую лигу – он робел и стеснялся только первые минут десять. Да и то больше потому, что не мог перестать глазеть на Бину, которая, как обычно, парила на трапеции в паре метров над ареной. И, по ощущениям Немо, восхищался он далеко не ее грацией и способностью удерживать равновесие.
Что ж, может, ему и правда было не двенадцать, а чуть больше – и гормоны уже начинали давать о себе знать. Но даже если так, выглядел Ван все равно как ребенок, а значит, чего бы там ему самому ни хотелось, в его возрастной категории полагались в лучшем случае целомудренные поцелуи в лобик – особенно от таких женщин, как Бина.