– Охотники – это ведь по сути души, не справившиеся с испытанием, верно? – задумчиво проговорил Эрик. – Может, в том, что они так живут, есть своего рода… справедливость?
– Это если ты предполагаешь, что подохнуть за свои не всегда самые страшные косяки в таком месте, как Город, а потом еще и после смерти вечность ему служить на побегушках в принципе имеет что-то общее со справедливостью, – заметил Немо. – Как сам считаешь, за свои грехи ты заслужил такое?
– Если буду идиотом, который позволит себя тут убить, то, видимо, да, – покачал головой Сай. – И кстати об этом. Кажется, скоро начнет темнеть. Уверен, что нам стоит туда соваться именно сейчас?
– Уверен, – ни секунды не думая, кивнул Немо. – Днем они обычно отсиживаются по углам, так что мы могли бы долго выплясывать у них под дверью, прежде чем кто-нибудь бы вообще среагировал.
– Под дверью? – не понял его собеседник.
– Сам увидишь.
И Эрик правда скоро сам все увидел – оказалось, что темная половина была отделена от основной части Города высокой и, на первый взгляд, непреодолимой стеной из скрепленных между собой листов жести, сетки-рабицы, колючей проволоки, каких-то ржавых труб и прутьев арматуры. Выглядело это все так, будто находившиеся внутри охотники были на осадном положении и готовились отстреливаться от любого, кто рискнет приблизиться.
– Ого, – присвистнул Сай, задрав голову и пытаясь на глаз определить высоту ограды. По его прикидкам, выходило футов пятнадцать, не меньше. – Теперь я понимаю, почему ты так удивился, что я смог туда попасть.
– И выбраться оттуда, что важнее, – заметил Немо. – Так и тянуло удостовериться, что ты не отрастил крылья, пока мы не виделись. Это, к слову, было бы очень кстати.
Эрик попытался вспомнить, как ночью смог миновать эту стену, но на ум не шло ничего определенного – было слишком темно, а все, что он делал, это двигался в сторону мерно светящегося Отеля вдалеке. Его как будто вели за руку, если так подумать.
Двигаясь вдоль стены, мужчины через некоторое время подошли к тому, что отдаленно напоминало ворота – по крайней мере, небольшими колесиками в своей нижней части. И не успел Эрик спросить, что им делать дальше и где тут панель домофона, как его спутник от души забарабанил кулаком по гулко отозвавшемуся листу жести.
Первые несколько секунд из-за ограды не следовало никакой реакции, но потом сверху все же высунулось лицо в маске. Краска на ней едва заметно светилась в сгущающихся сумерках.
– Че надо? – искаженным низким голосом поинтересовался охотник.
– Мы к Крисси, – почти дружелюбно отозвался Немо, даже изобразив на своем лице подобие вежливой улыбки.
– Меня не ебет, – зевнул тот, и в следующую же секунду его голову разорвало на части с ужасающим грохотом. Эрик не сразу осознал, что грохот этот исходил не от брызнувшей в разные стороны своим содержимым головы, а от ружья, которое его спутник буквально одним движением вытащил из сумки. Обращаться с оружием ему и вправду было не в новинку.
– Ты уверен, что это было необходимо? – помолчав, поинтересовался Сай, встряхивая головой. В ушах чуть звенело, но как будто бы не так сильно, как можно было ожидать. Он даже расслышал глухой и чуть влажный звук падения обезглавленного тела по ту сторону стены.
– Уверен, – пожал плечами Немо, как если бы речь шла о раздавленном таракане. – Это, можно сказать, местное приветствие. Первыми всегда высовываются самые тупые или самые самоуверенные – таких не жалко. Да и действует куда эффективнее, чем переговоры. Вот смотри.
Словно в подтверждение его слов, за стеной послышались неразборчивые, но очевидно раздраженные голоса. Затем заскрипела, отъезжая в сторону, створка ворот, за которой стояло уже трое других охотников. У одного из них в руках была бита, обмотанная колючей проволокой, двое других были вооружены самодельными дубинками из погнутых труб.