– Держись, мальчик, – услышал он у себя над головой растекающийся в пространстве голос. – Ты главное просто держись, хорошо?
Фокусник очень хотел что-нибудь сказать напоследок. Что-нибудь такое колкое и многозначительное, что потом бы вспоминали во время застолий всякий раз, как будут поднимать тост в его честь.
Но на ум, как назло, так ничего и не пришло.
Глава 34. Первый зритель
Наэлектризованное молчание, застывшее в воздухе, длилось, по меньшей мере, уже пару минут – с того самого мгновения, как Немо пинком выбил дверь номера 1224 и приставил пушку к голове привязанного к стулу Эрика Сая. Мужчина тогда почти инстинктивно зажмурился, ожидая выстрела, но секунды тикали одна за другой, а он почему-то все еще был жив.
– Я по-прежнему нужен тебе, – наконец сделал единственный напрашивающийся вывод Сай.
Почти сразу же, словно звук его голоса снял с паузы зависший кадр, ему прилетело пистолетом по лицу. И удар этот был такой силы, словно его нанес не вчерашний подросток в поношенной толстовке, а чемпион мира по боксу. В ушах у Эрика зазвенело, щека вспыхнула, будто ее приложили раскаленной кувалдой, а рот почти мгновенно наполнился солоноватым привкусом. Спустя секунду мужчина ощутил, как что-то горячее бежит из уголков губ.
И все же даже это было лучше, чем пуля в голову.
– Ты друга моего пристрелил, дерьмо ты собачье, – полный ненависти голос, доносящийся откуда-то сверху, был едва различим из-за гула в пылающей болью голове. – Я больше всего на свете сейчас хочу вышибить тебе мозги. Ты вот просто не представляешь, насколько сильно.
Второй удар прилетел ему по солнечному сплетению, и Эрик мог поклясться, что слышал хруст собственных ребер, будто ему засадили не кулаком, а железным ломом. На несколько мгновений после он потерял способность дышать – просто открывал и закрывал рот, пытаясь втянуть в себя хоть немного воздуха, но тот словно застревал где-то в горле и не доходил до легких. Однако отключаться было нельзя.
– Этот… в красном был твоим… другом? – просипел мужчина, цепляясь за самое главное в огненном облаке боли внутри собственного трещащего черепа.
– Этот в красном? – нехорошо дрогнувшим голосом переспросил Немо, и Сай мгновенно осознал, что выбрал не самую удачную формулировку. Подтверждая его догадку, ему досталось снова – и опять по лицу. Шея громко, жалобно хрустнула, пытаясь удержать голову мужчины там, где ей полагалось находиться, и он сплюнул кровью – как будто бы вместе с осколком одного из зубов. Или даже парочки.
– Я не знал, что он был твоим другом, – выдохнул Эрик, ощущая, как челюсть и язык стремительно немеют, теряя подвижность. Он словно пытался шевелить чем-то мертвым у себя во рту. – Я не хотел его убивать.
– Вот только дай мне гребаный повод, сука, – прошипел парень, схватив его за горло и приподняв над полом, кажется, вместе со стулом. – И я тебя прямо тут на подтяжки пущу.
Его ставшие как будто совсем черными глаза метали молнии, и Немо стал совершенно не похож сам на себя. Какая бы сила все это время ни таилась в этом внешне не особо примечательном теле, сейчас она вся вышла наружу, мерцая и подрагивая, как знойное марево.
– Твой друг… прикрыл старика, – с трудом выдавил из себя Сай, искренне надеясь, что его слова звучат членораздельно. Левый глаз неконтролируемо неконтролируемо, и мужчина уже толком не понимал, что именно течет у него по лицу. – Я не хотел… Я не знал.
– И это твое оправдание, Эрик Сай? – прорычал Немо, широко раздувая ноздри. Его верхняя губа едва заметно подергивались, как у оскалившегося хищника, и Эрик никак не мог избавиться от ощущения, что парень сейчас вцепится ему в лицо. Как гребаный зомби из фильма ужасов.
– Он повел себя как герой, – прохрипел он, стараясь не отводить взгляд от жуткого бледного лица напротив несмотря на совершенно иррациональный ужас, которое оно сейчас ему внушало. – А герои долго не живут. Я понял это еще по Кайлу.
Немо несколько секунд молчал, тяжело дыша. В его голове и сердце шла какая-то напряженная работа, суть которой Эрик мог уловить лишь отчасти, но интуиция безошибочно подсказывала мужчине, что от итогов этой дискуссии зависит его собственная жизнь. А потому когда парень, приглушенно выматерившись, все же опустил его вместе со стулом обратно на пол, Сай выдохнул про себя: кажется, у него появился шанс пережить эту ночь.