И последние, все-таки сдавшись под его напором, наконец снова вернули парня в то воспоминание о Бине и Ури. Но только ему было нужно не совсем оно – или точнее не совсем с того момента, где все началось в прошлый раз.
«Ну же, – до боли стиснул челюсти парень. – Давай, покажи мне. Что было до?»
Вот он входит в шатер, и глаза не сразу привыкают к полумраку внутри. Заставляя себя максимально сконцентрироваться на этом моменте, Немо почти мог восстановить ощущение плотной тяжелой ткани у себя под пальцами. Шаг назад, еще шаг, ну же!
Ему казалось, что он прокручивает назад старую пленку – хотя по усилиям это больше походило на попытку вручную повернуть мельничный жернов. И все же ему удалось. Самым краем глаза, буквально статичным кадром, даже не гифкой – увидеть то, что было снаружи.
– Блять… – только и смог выдохнуть Немо, резко садясь в постели.
Если только он все это не выдумал, если воображение не поскакало вперед его памяти, если он не принимал желаемое за действительное…
– Небо, – прошептал парень, сам себе не веря. – Я видел долбаное голубое небо. Какого… хуя?
Время в Городе никогда не было какой-то осязаемой субстанцией: за ним не следили, его не измеряли и с ним не особо считались. Здесь не сменялись времена года, никто не старел, и единственными вехами, которые хоть как-то отмечали движение вперед, были появления чужаков – и периоды их отсутствия. Все остальное было крайне условным и обтекаемым.
Немо как-то пытался вести собственный календарь, отмечая на нем дни и ночи и пытаясь составить из них недели, месяца и годы. Но потом, когда от перечеркнутых палочек на стене не осталось места, он бросил эту затею, смирившись с тем, что в их ситуации время не имело смысла.
Сколько они уже пробыли здесь? Десятилетия? Века? Или, может, если сложить все воедино, там бы и пары десятков лет не набралось? Сколько времени вообще существовал Город?
Если судить по делам чужаков, которые они с Эриком Саем перебирали в архивах, основной контингент чужаков заселялся в Отель с 2014-го по 2022-й года, но сами по себе эти цифры ни о чем Немо не говорили. С таким же успехом это могли быть цифры на порядок меньше или втрое больше, но вот сам промежуток в восемь-десять лет казался ему слишком коротким. Он даже с точки зрения математики не выдерживал никакой критики, ведь нехитрые расчеты предполагали, что в таком случае в Городе за стандартный календарный год должно было побывать больше ста двадцати человек, то есть новым чужакам следовало появляться каждые три дня. И даже если учесть, что раньше они иногда приходили по несколько за раз, цифры все равно не сходились.
Вывод напрашивался логичный и вполне однозначный: в Городе и мире чужаков время текло неодинаково. В лучшем случае в соотношении один к пяти, а может, и еще медленнее.
Другой вопрос – был ли у этого течения некий исток. Тот самый момент, когда все началось. Когда появился пресловутый нулевой пациент, чье личное дело они так и не сумели отыскать. И если исток все же был, то… существовало ли что-то до него? Какое-то… довременье, когда это место еще не был таким, каким Немо помнил и знал его всю жизнь.
Активнее всего раскопками истории Города занимались, естественно, Полин и ее команда, но впоследствии, натыкаясь на их соответствующие заметки в разных зданиях, парень даже не удосуживался прочесть те до конца – в лучшем случае пробегал взглядом по диагонали. Может, тогда это просто было ему не интересно, а может, он искренне считал, что правды там все равно нет: ведь все эти документы составлялись на основе той информации, что давал чужакам сам Город. А Ему-то точно не было никакого смысла раскрывать все свои секреты непонятно кому.
В одном Немо был уверен почти наверняка: у этого места не было истории в том смысле, который обычно предполагает это слово. Не было дня основания, первых поселенцев и некого природного или паранормального катаклизма, который привел его в нынешнее состояние. Шай рассказывала ему об их с Ваном находках в запертых квартирах высотки, но те не произвели на парня особого впечатления. Все это выглядело слишком театрально и нарочито, как будто только и ждало возможности быть найденным. Так расставляют декорации по сцене, но не более того. Весь Город – с его заброшенными магазинами, ржавеющими без присмотра автомобилями, случайно попадающимися личными вещами и прочим – был одной сплошной декорацией.