Все выглядело так, будто однажды Он просто появился таким – со всем своим наполнением. Так же, как просто появлялись чужаки. Но что если… Что, если когда-то Город существовал до чужаков и без чужаков?
Мысль эта осталась незаконченной. Не только потому что Немо понятия не имел, какие выводы ему следовало из нее делать, но и потому что его взгляд, до того рассеянно бродивший по темной спальне, вдруг привлекло едва заметное движение за окном. В голове парня мгновенно вспыхнуло воспоминание о распростертых на асфальте трупах охотниках, что пытались пробраться в Отель через окна. А вдруг эти ублюдки решили отомстить за свой провал?
Выудив из-под кровати бейсбольную биту, которая обнаружилась тут после их переезда, Немо поднялся с кровати и, стараясь держаться в тени и ступать беззвучно, направился к окну. Признаться честно, он был бы даже рад возможности выпустить пар и разрядить накопившееся за пару наполненных фрустрацией часов напряжение. Тень за окном шевельнулась снова, и теперь он был почти уверен, что видит очертания человеческого тела – быть может, разве что местами какие-то подозрительно гладкие и плавные, словно нарисованные мазками туши, а не существующие на самом деле.
Свою ошибку он осознал слишком поздно – в тот самый момент, когда замахнулся на непрошеного ночного гостя и уже не мог остановить движение биты.
В него полетели осколки выбитого ударом стекла, и Немо не сразу понял, что выбито оно было не им – а черной когтистой лапой с той стороны окна. Той самой лапой, что на подлете обхватила его биту, а потом сжала ее так, что во все стороны брызнули щепки.
– Блять! – заорал Немо, отпрыгивая назад и, конечно же, оказываясь на заднице, которой он к тому же больно приложился об пол при падении.
Сидевшая на подоконнике Тварь ему улыбнулась, и ее кроваво-алый оскал рваной раной расползся по животу и рукам, словно проекция, для которой не хватало места на слишком узком и криво нарезанном полотне.
– R *ð¥ τǽЂя.
Голос, который он услышал, был самым далеким от того, что можно было бы назвать человеческим. Он скорее походил на скрип несмазанной двери, птичий клекот, гул скоростной автотрассы и царапание вилки по стеклу – и все это одновременно. И все-таки Немо готов был поклясться, что понял то, что она ему сказала.
Я жду тебя.
«Лента!» – вспыхнуло у него в голове. Приглушенно матерясь, парень начал ногтями расцарапывать вспухший отошедшими нитками узелок на своем предплечье. Тварь меж тем наблюдала за ним с как будто искренним интересом. Она не пыталась войти в комнату, но и не уходила. Просто сидела и смотрела на него, и ее улыбка на пузе светилась в темноте не хуже, чем мазки красок на масках охотниках.
Наконец проклятый кусок ткани ему поддался и кольцами соскользнул с его предплечья на пол. И тут парень внезапно осознал, что понятия не имеет, что делать дальше. По их с Вану плану, лента из Обелиска должна была стать частью ловушки – чем-то вроде охотничьего силка, который бы затянулся на лапе добычи, когда та наступила бы в неподходящее место. Только вот сейчас у него не было ни силка, ни эффекта неожиданности.
Неудивительно, что сидевшая на подоконнике зверюга так радостно ухмылялась. Наверное, уже мысленно прикидывала, выгрызть ему сначала печень или сердце – или съесть одно с другим вприкуску.
– Откуда ты тут вообще взялась? – в панике пробормотал парень, потихоньку отползая ко входной двери и мысленно благодаря Спящего, что хотя бы Шай сейчас в безопасности. – Чего тебе надо?
Удивительно, но ему в самом деле казалось, что она его слушает – и понимает. Может быть, те нечленораздельные звуки, что минутой ранее вырвались у нее из пасти, действительно что-то значили и он не спятил? Вдруг Тварь… правда пыталась с ним общаться? Но с чего вдруг? И с какой целью?
Он не успел прийти ни к каким выводам, потому что в следующую секунду она все же запрыгнула в комнату. Немо в последний раз дернулся назад и тут приложился головой о дверь – так сильно и больно, что его только недавно собранный из осколков череп затрещал по швам. Возможно, в прямом смысле слова.