Мечущийся по номеру взгляд Шай упал на приоткрытое окно. Точно. Пожарная лестница. Она была всего в двух номерах отсюда, а карниз был достаточно широкий, чтобы по нему пройти. Она спустится вниз и уедет, никем не замеченная. Это даст ей время подумать. В конце концов, у девушки есть кое-какие накопления, она снимет все со своей карты и исчезнет. Сбежит из штата. Она ведь всегда мечтала поехать в Нью-Йорк, верно? Вот чем не отличный повод это сделать?
Где-то в глубине души Шай понимала, что все это бред и что ее задержат еще до того, как она пересечет границу своего штата, но голос здравого смысла сейчас был совсем тихим, почти неразличимым. Она знала, что если остановится, если не будет двигаться, то черная жижа засосет ее с головой – поглотит и растворит в себе, не оставив и шанса на спасение. Поэтому нужно было двигаться. Куда и как угодно, но двигаться.
Подойдя к окну, она открыла одну из двух пластиковых створок и высунула голову наружу. Десятый этаж, падать будет далеко и больно. Но зато пожарная лестница оказалась даже ближе, чем девушка думала – всего-то несколько футов. И карниз выглядит надежным. Она обязательно до нее доберется.
Собрав остаток своих вещей и надев на плечи рюкзак, Шайни выбралась наружу. Ноги у нее дрожали, и она мысленно поздравила себя с тем, что догадалась надеть кеды, пусть даже ей до последнего казалось, что они не особо хорошо смотрятся с платьем.
– Ничего, нормально, – тихо проговорила она, подбадривая саму себя. – Ты сможешь. Ты уже почти смогла. Это не сложнее, чем шагать на пуантах с треснувшими ногтями. Давай.
Шаг. Еще шаг. Потом еще. Такие крошечные, как будто она и вовсе не двигалась с места. Ударивший девушке в лицо порыв ветра растрепал ее золотистые волосы, и только сейчас она подумала, что не проверила, осталась ли на них кровь.
Еще шаг.
«Ты маленькая трусишка, – прошептал ядовитый голос у нее в голове. – Ты не способна дать отпор и не способна принять ответственность. Ты просто жалкий маленький зверек, Шайни. Ты никогда не заслуживала другой любви, и ты все получила сполна сегодня. И еще получишь».
И последняя фраза прозвучала так громко, так отчетливо, словно кто-то в самом деле произнес ее прямо у девушки над ухом. Она вздрогнула, и в этот самый момент ее левая нога соскользнула с карниза. Шай не успела даже вскрикнуть, ее ногти в поисках опоры бесполезно царапнули по кирпичной стене, а потом опора ушла из-под ног.
В полете она неловко развернулась, взмахнув руками, словно в отчаянной попытке удержаться хоть за что-то – или взлететь вопреки всем законам физики. Увидела, как стремительно рванули вверх окна отеля, успела даже не испугаться – просто всем своим существом осознать неминуемость конца, которая затопила ее непроглядной приливной волной. А потом был удар об землю, выбивший из нее дыхание, жизнь и почти все – кроме сузившегося до размера точки во лбу сознания.
Шайни лежала на спине, почти не чувствуя своего тела, изломанного, разорванного, размазанного об асфальт. Ощущала только, как что-то горячее переполняет горло, стекая изо рта и не давая сделать вдох.
«Я не хочу умирать…»
А еще было солнце. Солнце, что буквально затапливало ее изнутри, выжигая все мысли и воспоминания.
И Шай просто смотрела на него в ответ, пока в глазах не стало совсем темно.
Глава 41. Крысолов
– Ты действительно спрятал пушку в лесу? – уточнил Эрик, наблюдая, как его проводник все дальше отходит от автомобильной дороги, ведущей назад в Город. – Как тебе вообще это в голову пришло?
– Этот лес не зря зовется Окраинным, – отозвался Лука, пожав плечами. – Чем дальше мы от Обелиска, тем слабее влияния Города. Тем хуже Он видит и слышит. Я иногда ее перепрятываю, а иногда достаю и чищу, чтобы не заржавела. Но да, не таскаю с собой, где ни попадя. Как знал, что однажды эта малышка еще сыграет свою роль. К тому же… Луке просто нравится тут гулять время от времени. – И он улыбнулся почти мечтательно, обнажив мелкие желтоватые зубы.
– А что будет, если идти все прямо и прямо? – уточнил Сай. – Этот лес… бесконечный или вроде того?
– Тут… дело не совсем в этом. Проблема не в бесконечности – а в том, что сколько бы ты тут ни блуждал, всегда возвращаешься назад. Это как… лента Мебиуса или вроде того. Конец есть начало, начало есть конец, и толком не понять, где одно переходит в другое. Этот лес особенный. Как, впрочем, и все остальное в Городе, если ты еще не заметил, мужик.