Эти слова заставили Эрика внимательнее приглядеться к окружающему его пейзажу. Место это действительно мало походило на те леса, в которых он бывал прежде. Во-первых, здесь было тихо – слишком тихо. Словно все эти прямые, как столбы, деревья, сплетавшиеся ветвями где-то высоко над их головами, были напрочь лишены жизни. Ни шелеста листвы, ни птичьей переклички, ни жужжания насекомых или шороха в палой листве по обочинам едва заметной тропинки – только пугающая замогильная тишина.
Во-вторых, что-то было не так с воздухом: он был слишком плотным, почти ощутимым на вдохе. А еще – зеленым. Сперва Эрик думал, что ему просто кажется, но, в какой-то момент подняв руку к лицу, чтобы почесать заживающую ссадину, он заметил, что его кожа тоже выглядела иначе, словно он смотрел на нее сквозь фильтр болотного цвета. В голове тут же взметнулись какие-то смутные воспоминания о ядовитых спорах, выделяемых растениями и грибами.
Может, дело было вовсе не в ограниченности и закольцованности пространства Города? А в гребаной пыльце? И все это время единственное, что мешало ему – и остальным – сбежать отсюда, это отсутствие хорошей химзащиты?
– Как же ты тогда ориентируешься здесь? – Когда Эрик заговорил, горло ему прихватило кашлем: он почти физически ощущал, как микроскопические семена оседают в его трахее, липнут к стенкам и наверняка сразу пускают корешки, впиваясь в его плоть.
– Я же уже сказал, что все тут давно выучил, – с некоторым недовольством напомнил Лука. – Окраинный лес вообще ни разу не менялся, но для того, чтобы это заметить, нужно смотреть внимательно. А не все себя этим обременяют, мужик.
– И что, тебе так и не удалось разобраться в этой… ленте Мебиуса, раз так? – скептически нахмурился тот.
– На понт меня берешь? – поджал губы мужичок, обернувшись на своего спутника через плечо. – Да, конечно, Лука вычислил, где проходит номинальная граница. Но пересечь ее нельзя. Можешь попытаться, но по факту просто вернешься к началу, как я и сказал. Окраинный лес только кажется большим, на самом деле тут и мили в глубину не наберется. А еще моделек деревьев так мало, что они начинают повторяться уже через минуту, что тоже… может заморочить голову неподготовленным.
Сай быстро осознал, о чем тот говорит – у него к тому моменту и правда уже начало создаваться впечатление, что они ходят кругами, постоянно минуя одну и ту же пожухлую березу с развороченным нутром и кривую корягу, острым концом так и норовящую куснуть за щиколотку. Мужчина мог только догадываться, по каким именно деталям или благодаря какому чутью ориентировался здесь его спутник, но тот уверенно и безошибочно вел их вперед. И когда с торжествующим видом опустился на колени возле очередной – пятой по счету – покосившейся ольхи, во вспухших корнях которой отыскался закрытый металлический ящичек, Эрик почувствовал, как от абсурдности происходящего его натурально начало подташнивать.
– А вот и моя девочка, – с несколько пугающей нежностью произнес Лука, отпирая трехзначный кодовый замок и доставая наружу обернутый в кусок ткани пистолет. Судя по размеру, это был «дезерт игл» или какая-то схожая модель. Такие пистолеты хорошо и далеко стреляли, но был у них и один весьма ощутимый минус: ограниченный боезапас.
– Сколько точно патронов осталось? – негромко поинтересовался Эрик, сложив руки на груди.
– Я вроде уже говорил, что два, – ответил его проводник, не оборачиваясь и нежно водя пальцами по потемневшему от времени стволу. – Повезло, что у меня с собой изначально был сменный магазин, иначе бы ни на что толком не хватило.
– Сойдет, – кивнул Сай и протянул руку за оружием. – Давай сюда.
– Всему свое время, – поспешно замотал головой Лука, снова укладывая пистолет в ящичек и запирая его там. – Не стоит торопиться, мужик.
От такого внезапного поворота событий Эрик даже опешил. Перед глазами непрошенно выскочило лицо Крисси с этими ее губами-пиявками – самоуверенное, насмешливое, лживое. Стоило в самом деле пристрелить суку, когда у него была такая возможность. Жаль, что не вышло. Потому что сейчас размениваться на мелкую месть подобного рода было бы верхом идиотизма.
– Я думал, мы заключили сделку, – с трудом сдерживая полыхнувшее в голосе недовольство напомнил мужчина.
– Мы решили друг другу помочь. Это другое дело, – возразил его проводник. – Ты получишь любимую девочку Луки, но только когда я решу, что пришло время.