За те дни, что прошли после событий в Отеле, она так и не смогла в полной мере выдохнуть. Словно задержала дыхание в тот самый миг, на пороге лавки Аполло, и все тот же воздух сейчас колол и жег ее легкие изнутри, не желая покидать пределов ее тела.
Ненависть и боль не отпускали ее, но в них недоставало силы. Она слишком привыкла опираться на совсем другие чувства внутри себя, и часть ее существа все еще стремилась вернуться к ним. Вернуться в тот мир, где Ури был жив, а Немо оставался ее другом и любовником. Мир, в котором ей было так хорошо все эти годы.
Но вот только возвращаться было уже некуда.
– Даже если бы я захотела, – негромко проговорила Бина, выпрямившись и сложив руки на плотно сведенных коленях, – то все равно ничем бы не смогла тебе помочь. Ты сам видишь – цирк умирает. У нас и прежде едва хватало сил, чтобы просто… продолжать существование. А теперь, когда Ури нет, мне ни за что не прокормить их всех… одной. Про то, чтобы привести их в боеспособное состояние, я вообще молчу.
Ее слова заставили Немо глубоко задуматься. Несколько секунд он молчал, пощипывая себя за подбородок, а потом озвучил очевидное:
– Значит, тебе нужна… энергия?
– Да, – кивнула девушка. – Много. Очень много энергии, Немо. То, что я брала от тебя, когда мы спали вместе, это просто детский лепет по сравнению с тем, что мне нужно, чтобы… поднять это место. Пусть даже всего на один бой.
– Что ж, я знаю, кому можно задать вопрос на эту тему, – подумав, сказал он. – Есть у меня на примете… пара очень бойких и говорливых гремлинов, которые явно знают об этом куда больше, чем делают вид. Так что… не переживай, детка: мы устроим Ури такие поминки, которые Город никогда в своей оставшейся короткой жизни не забудет. Я тебе обещаю.
Отчего-то эти слова наполнили девушку смутной, непонятной ей самой дрожью, заставившей ее выпрямиться вслед за ним, когда он направился к выходу с арены.
– Немо… – Она сама не знала, что хочет ему сказать.
– Просто подожди еще немного, Бина, – попросил парень, обернувшись к ней. – Ты молодчина. Твой папочка тобой бы гордился.
– Он… да… – Сердце в ее груди забилось сильнее, и циркачка почувствовала, как проклятый раскаленный воздух наконец выходит наружу, пепельными хлопьями срываясь с ее губ. И это ощущение было таким сильным, почти сбивающим с ног, что ей срочно захотелось уцепиться хоть за что-нибудь – лишь бы не упасть. – Немо, ты… обещаешь?
– Обещаю, – твердо кивнул тот. – Положись на меня, Бина. Я все сделаю и со всем разберусь.
Девушку мотнуло вперед. Она сама толком не отследила и не осознала тот момент, когда ее пальцы стиснули его футболку, тяня к себе вниз, а губы прижались к его дерзко смеющемуся рту. От поцелуя больно задергало разрезанные щеки, но Бине было плевать.
Это не было поцелуем воссоединившихся любовников или заменой так и не прозвучавшего «Я прощаю тебя». Не было уже смысла ни воссоединяться, ни прощать – оставалось просто поверить в невозможное в самый последний раз до того, как время полностью истечет.
И ей очень хотелось поверить.
Глава 45. Сказочный принц
Аполло смотрел на огонь.
Он чувствовал, как мечется и бьется пойманное в ловушку собственного тела Божество. Как пламя яростными всполохами боли терзает и обгладывает Его улицы, как неистовствует прежде такой спокойный и не замутненный сомнениями разум и как в отчаянной попытке восстановить контроль Создатель безжалостно отбирает силу у тех, кому прежде так щедро ее даровал. Лишенные ее, они оседают и осыпаются, превращаясь в то, чем им давно уже положено было стать – пепел и прах.
О том, что все закончится именно так, ключник знал уже давно. Может быть, не в подробностях и не дословно, но в тот самый день, когда Эрик Сай появился в Городе, он понял, что крах неизбежен. Потому что именно это и происходило, когда вместо того, чтобы исполнять свое истинное предназначение и судить людей беспристрастно и объективно, боги начинали сводить личные счеты. Когда грань между теми и другими постепенно размывалась и истончалась, чтобы потом, подчиняясь разрушительному импульсу какого-нибудь особенно отчаянного и безрассудного порыва, порваться совсем и привести к масштабному сбою всей системы.