– А зачем? – пожал плечами тот. – Это уже неважно. Будь этот парень злодеем или героем, он уже давно не я. А я – уж точно не он. Какое бы знание ни крылось в этом имени, оно мне никак не поможет. Не сейчас.
Шайни нахмурилась. Пусть даже слова брата звучали в чем-то вполне разумно, она чувствовала в его рассуждениях очевидный изъян. Но у нее пока не получалось в полной мере поймать и сформулировать его.
– Немо, ты… боишься? – наконец спросила она.
– Чего? – преувеличенно бодро уточнил парень, не глядя, однако, ей в глаза.
– Томаша. – Девушка не была уверена, как сформулировать точнее. – Своего прошлого.
– С чего ты взяла?
– Потому что даже на пороге решающей схватки, ты ничего не хочешь о нем знать.
Ее слова его задели – Шай сразу поняла это по тому, как дернулось его лицо. Но отступать парень явно не собирался:
– А мне и не нужно ничего о нем знать. Я знаю, кто я, Шай. Твой брат, друг Ури, враг Эрика Сая. Меня устраивает быть Немо, и я не чувствую, что мне… чего-то не хватает.
В ответ она улыбнулась – кротко и немного печально.
– Ты не прав, брат. Ты… сам не чувствуешь, насколько не прав?
Но он только отрицательно покачал головой, не собираясь, очевидно, даже думать об этом. Шай вздохнула и заговорила снова:
– Если бы тебе всего хватало… Если бы только Немо тебе было достаточно, ты бы не рвался отсюда так страстно и яростно. Ты бы так и жил в образе местного трикстера, который путает чужакам карты и ни о чем другом вовсе не помышляет. Но ты же не такой. – Она придвинулась ближе, накрыв его ладонь своей. – Брат, ты намного больше этого – этого места, его правил и запретов. И уж точно больше Немо. Больше, чем просто Никто, понимаешь? Но ты как будто изо всех сил упираешься и не желаешь признавать этого. Готов пойти на любые ухищрения и жертвы, но только не посмотреть в глаза собственному прошлому. А если… если там все совсем не так уж плохо? Ван, например, не был по-настоящему плохим человеком. Он просто запутался и… сбился с пути.
– Нет, – вдруг перебил ее до того молчавший парень. Потом отнял свою руку и переплел пальцы, глядя в стол перед собой. – Я не такой, как Ван. Я сделал… сделал что-то ужасное. Я знаю, Шай. Я был там. Я… чувствовал, что проебался так сильно, что за это просто не может быть прощения. И я… я не уверен, что мне достанет сил бороться до конца, если я узнаю, что именно натворил. И кто пострадал из-за меня.
– Поэтому ты предпочтешь спрятаться под одеяло? – не веря своим ушам, спросила она. – Немо, а что, если Город использует это против тебя в самый… неподходящий момент? Сорвет и без того расхлябанный замок с двери твоей памяти, а ты… не справишься с тем, что окажется за ним? Разве не так этот сукин сын всегда делает? Залезает к нам в головы, вытаскивая наружу все самое постыдное, гадкое и отвратительное, чтобы иметь возможность использовать это против нас? Как ты не понимаешь – единственный наш способ обойти Его и оказаться на шаг впереди, это первыми проглотить горькую пилюлю? Потому что…
– Потому что все равно рано или поздно придется идти туда, где больно? – негромко уточнил он, горько усмехнувшись.
– Вроде того, – кивнула Шай, все еще не успокоившись. – Ты готов рисковать жизнью ради шанса вырваться из клетки, но отказываешься признавать, что главная клетка находится у тебя внутри. Да, так уж вышло, что за настоящую свободу нужно бороться не с другими людьми, а с самим собой – и это та подлость и главная ловушка жизни, о которой нам никто и никогда не рассказывает. Твой тюремщик живет не в Обелиске, Немо, а здесь. – Она с досадой ткнула пальцем ему в лоб. – И пока ты не разберешься с ним, то так и продолжишь жить взаперти. Неважно, здесь это будет или в мире чужаков. Не Город должен освободить тебя – а ты сам.
Ей показалось, что ее слова возымели действие – что выражение его лица наконец-то изменилось, а в глазах появилось что-то похожее на согласие и даже своего рода воодушевление. Но Немо лишь с улыбкой покачал головой:
– Не все, что сработало для тебя, Шай, сработает и для меня. – А потом, не дав ей ответить, резко сменил тему: – И вообще, думаю, нам уже пора выдвигаться. Бина сказала, что они будут готовы затемно, помнишь?
– Ты что… серьезно хочешь на этом закончить? – опешила девушка, поднимая взгляд вместе со вставшим со своего места братом. – Немо, ты… Ты вообще понимаешь, что это может быть наш с тобой последний разговор?