– Залетных пташек, на которых очень удобно будет свалить свой косяк, если придет дядя мент, правда? – хмыкнул парень, отпивая еще пива.
– Уговаривать не стану, – пожал плечами его собеседник, отодвинувшись. – Работенка непыльная, желающие еще найдутся, а спешить мне некуда.
Всю следующую кружку Томаш думал. Перекатывал внутри себя то будоражащее ощущение, что вспыхнуло там после прозвучавшего предложения. Оно напомнило ему о старых деньках – тех, когда он работал со своими приятелями из «темных комнат». Мир тогда казался удивительно простым и проницаемым местом. Не существовало ни стен, ни дверей – только лазейки и пятна слишком яркого света, от которых следовало держаться подальше. И, чего скрывать, ему нравилось жить в тени, глядя оттуда на всех остальных. Потому что они бежали по своему лабиринту, бесконечно врезаясь в стены разных «нельзя» и «не положено», а он словно парил сверху, невидимый и неуловимый.
Может быть, именно поэтому он в итоге и согласился. Не ради денег или возможности добавить еще один интересный кейс себе в портфолио. А чтобы вернуть то ощущение самого себя, когда он был вне системы, а не внутри нее. Потому что, чего скрывать, только так он ощущал себя по-настоящему живым. И свободным.
В итоге они заключили сделку. Неизвестный обещал договориться с охранником внизу, чтобы тот, проводя традиционный осмотр личных вещей Томаша на входе и выходе из здания, был не слишком щепетильным и принципиальным. И закрыл глаза на некоторые несоответствия протоколу.
А еще его новый наниматель перевел парню часть обговоренной суммы авансом, что также стало приятным бонусом и позволило ему в тот вечер впервые осознанно вслушаться в то, что ему рассказывала Зои, потому что это перестало быть просто бесплотными фантазиями о том, что им все равно никогда не будет по карману.
Самой девушке Томаш о заключенном соглашении рассказывать не стал. И дело было даже не в его сомнительной, полулегальной природе, а в том факте, что парень на эту природу польстился. Зои слишком хорошо его знала, чтобы поверить в байки о том, что это было сделано ради денег – или тем более ради Индии и ее исследований. Попытайся он выставить все таким образом, девушка даже слушать бы его не стала – а то и вовсе бы обиделась на то, что он считает ее такой непроходимой дурой. И Томаш ничего ей не сказал.
А потому развязка в конечном счете стала неизбежной.
Парень так и не узнал, что в итоге пошло не так. Сдал ли его незнакомец из бара, подловила ли местная система безопасности или вообще все это было подставой и проверкой с самого начала. Но спустя полчаса после того, как он вынес из офисного здания базу данных на съемном жестком диске, ему позвонили с неизвестного номера и сказали, что у него есть время до семи вечера, чтобы вернуть украденное.
Возможно, было бы лучше, если бы в тот момент Томаш испугался. Страх перед каким-то неизбежным и неумолимым наказанием мог бы остановить его и заставить сделать то, что ему было сказано. Но так уж вышло, что угрозы никогда парня не пугали.
В итоге, когда его все же отловили спустя пару дней в одном из местных андеграундных клубов, диска при нем, естественно, уже не было. Он снова попытался удрать, даже выскочил через заднюю дверь в проулок, но там его тоже уже поджидали трое вурдалаков в кожаных куртках. И поскольку уличным дракам Томаш всегда предпочитал бои онлайн, шанса выстоять против них у него не было никакого. Парня затолкали в машину и привезли в какую-то пустую квартиру, где привязали к стулу и пару часов методично избивали, пока он в итоге не был готов согласиться на что угодно.
В том числе позвонить Зои и попросить ее привезти спрятанный в камере хранения жесткий диск.
Она приехала спустя час – встревоженная и ничего не понимающая. Так торопилась, что даже не взяла с собой зонт и вся промокла, пока добиралась. Но несмотря на весь ужас ситуации, держалась молодцом. Молча сунула открывшему дверь мужчине в руки пакет с жестким диском и, не спрашивая разрешения, вошла в квартиру. А увидев связанного и избитого Томаша, застыла всего на пару секунд. Ей понадобилось два или три вдоха, чтобы взять себя в руки, и спросить совершенно ровным голосом, все ли в порядке и могут ли они идти.
Ей ответили, что сперва проверят диск, а потом уже будут решать. И все то время, пока шла эта проверка, Зои стояла рядом с парнем, осторожно гладя его избитое лицо холодными с улицы пальцами и шепча что-то о том, что скоро все закончится. Запах дождя, исходивший от ее мокрой одежды и волос, переполнял все его существо и уносил куда-то в детство – и вот он снова просто мальчишка в ярком дождевике, прыгающий по круглым древесным спилам, которым была вымощена дорожка трейлерной площадки. И ничего страшного еще не успело произойти, а сам он даже не подозревает, как тяжело ему придется в мире, к правилам и ограничениям которого его никто и не думал тогда приучать.