Но она не могла. Еще не сейчас.
– Что с Немо? – спросила она у Аполло, сдвинув брови. – Где он?
– После того, как они с господином Саем разошлись, я отправил его наверх, – охотно отозвался тот. – Он заслужил узнать правду. Хотя… как, думаю, он и сам уже понял, правда далеко не всегда освобождает. Иногда она просто все усложняет. Люди врут сами себе, думая, что хотят знать, как обстоят дела на самом деле. Но по факту они чаще всего просто хотят удостовериться, что правы и что остальные чувствуют то же самое. Правда в ее первозданном смысле и виде никому не нужна, Шайни. И тем забавнее наблюдать, как иные до последнего бьются за право вляпаться в нее по самую макушку.
Он перевел насмешливый взгляд на Вана и добавил:
– Так что, господин Янсен? Мне вас проводить? Мне кажется, Шайни ясно дала вам понять, что последний путь вам придется проделать в одиночку.
– Я не понимаю, – свел брови тот. – Шай, при чем здесь твой брат? Почему вообще мы опять говорим о нем?
– И вот он, – ничуть не пытаясь сгладить углы, протянул Аполло, – момент истины. Ты можешь отпустить их обоих, Шай. Дать им право начать сначала и попробовать заново. А можешь в кои-то веки подумать о самой себе и разорвать нашу с тобой сделку. Ты ведь… даже не увидишь смерти своего глупого брата. Зато сможешь уйти с любимым и покончить со всем этим. Или отпустить его одного и потерять навсегда. Что скажешь? Голос Немо и правда смолк в твоей голове? Или прямо сейчас упрашивает об еще одной, точно-точно самой последней услуге, после которой наконец-то оставит тебя в покое?
Девушка смотрела в его искаженное от какого-то почти фанатичного восторга лицо и ощущала, как внутри медленно, одна за одной, натягиваются тонкие стальные струны. А когда их стало достаточно, она рванула по ним пальцами, извлекая из своей души кристально чистый и яростный звук.
– Да, ты прав, – отчетливо выговорила она, гордо подняв голову. – Я действительно останусь здесь. Но знаешь что? Я сделаю это не ради Немо. И даже не ради тебя, как бы тебе ни хотелось думать иначе. Я вижу тебя насквозь, Аполло. Я вижу твою сущность, как бы ты ни пытался ее маскировать. Ты можешь обмануть их всех, даже моего брата, но не меня. – Она порывисто приблизилась к нему, сжимая кулаки и в упор глядя ему в глаза. – Я знаю, кто ты на самом деле. Я это вижу. И я достану из тебя эту правду, чего бы мне это ни стоило. Пусть даже для того, чтобы в следующую же секунду об этом пожалеть.
На мгновение ей показалось, что его слова все-таки достигли его души – той настоящей, скрытой за семью замками души, которая давным-давно заняла это почти совершенное тело и с тех пор пряталась в нем, как за удобной маской. Брови его дрогнули, а выражение лица неуловимо изменилось, став жестче – и в то же время неувереннее.
– Вот и хорошо, – кивнула Шай, удовлетворенная произведенным впечатлением. – Мы еще поговорим об этом.
После чего она обернулась к пребывающему в некотором шоке Вану и, заметно смягчившись, улыбнулась ему:
– Прости за это маленькое шоу. У нас с Аполло… давние счеты. Слишком давние, чтобы они вообще имели значение прямо сейчас.
– Я ни хрена не понял из того, что ты ему наговорила, – честно признался парень. – Зато понял другое: со мной ты не пойдешь, так?
– Не пойду, – подтвердила она. – А ты не останешься со мной. Даже не пытайся, Ван. Я понятия не имею, сколько у нас осталось времени до того, как очередная самоубийственная глупость моего брата разнесет здесь все к чертям. Но пока проход открыт, ты должен им воспользоваться.
– Ты всерьез предлагаешь мне сейчас вот так просто уйти и оставить тебя здесь? С ним? – Он не мог поверить своим ушам.
– Я не предлагаю, – помотала головой Шай. – Я прошу тебя. Нет, я умоляю тебя, Ван. Если ты останешься, я никогда себе этого не прощу. Тебе больше нечего здесь делать. В конце концов, ты же… победил Тварь, помнишь? – она улыбнулась, но улыбка ее была полна тоски. – Вырвал сердце из ее груди и забрал себе. Оно твое. И ты унесешь его с собой. Ван… пожалуйста. Я очень тебя прошу. Ради меня.
– Она права, господин Янсен, – отметил Аполло. – Если останетесь здесь, то превратитесь в ходячую мишень. Ваша маскировка больше не работает, так что теперь для всех в этом Городе вы будете огромным стейком на ножках. Шай может за себя постоять, вы в этом имели удовольствие убедиться. Но вы будете ей только мешать. И поверьте мне, если она будет вынуждена постоянно вас охранять и оберегать от всего на свете, никакой любви не хватит, чтобы справиться с этим. Вы будете чувствовать себя не героем, а обузой, а она будет осознавать, что каждая царапинка на вашем лице – это ее вина, ведь вы остались здесь только ради нее. Послушайте моего совета, господин Янсен: некоторые истории любви прекрасны именно в своем трагизме. Ваша как раз из таких. Хотите сохранить ее чистой, возвышенной и сказочной – поставьте точку прямо сейчас. Иначе Город однажды сделает это за вас – и Его концовка вам совсем не понравится.