– И что, нет способа… сделать это как-то иначе? – нахмурился мужчина, сложив руки на груди и внимательно глядя на своего спутника. – Только идти по проложенной тропе и слушаться… непонятно кого? Это вообще работает? Сколько из чужаков доходило до самого конца?
– Никогда не задавай вопросы, на которые на самом деле не хочешь знать ответа, – не глядя на него, улыбнулся парень.
– Хочешь сказать, что тебя это устраивает? Быть болванчиком на побегушках? – недоверчиво прищурился Эрик. Тот сморщился, словно от ощутимого тычка под ребра, и бросил испачканную мелом тряпку на пол. Несколько секунд внимательно изучал глазами лицо собеседника, словно решая про себя, можно ему верить или нет, потом коротко отозвался:
– Нет, конечно. Поэтому-то мне и нужен ты. И твоя пушка.
– Опять она, – закатил глаза Сай. – Не хочешь же ты сказать, что во всем чертовом Городе больше нет никакого оружия?
– Дело не в этом. – Немо все еще сомневался, но после всего произошедшего в Школе не мог не признать, что его отношение к чужаку изменилось. Он многое узнал о нем, а еще – увидел, как тот ведет себя в экстремальной ситуации. И надо было признать, что мужества и хладнокровия мужчине было не занимать. Из него мог выйти очень полезный союзник – да и, в конце концов, даже с частичной правдой управляться было легче, чем с полноценной выдумкой. И парень наконец решился: – Просто оружие из твоего мира… из места, откуда ты пришел, действует иначе, чем то, которое можно найти здесь.
– Не понимаю, поясни, – покачал головой тот.
– Так… заведено, – туманно отозвался Немо. – Чужаки имеют больше прав, чем местные, это я уже говорил. Аналогично с предметами из вашего мира. Они… сильнее. Например, здесь есть полицейский участок с целым арсеналом, и мы в свое время знатно повеселились, когда его грабили, но очень быстро стало ясно, что те пули действуют только на существ до пятого ранга включительно. Остальным – что слону дробина. Я тогда лично вызвался поучаствовать в эксперименте исключительно во благо науки, но даже заряд дроби в упор стоил мне всего недели в постели под нудное ворчание… одной заботливой дамочки.
В который уже раз он едва не назвал Шай по имени или своей сестрой? Невероятно, какое огромное место она занимала в его жизни, раз даже совершенно отвлеченные темы, никак напрямую с ней не связанные, все равно так или иначе заставляли его вспоминать о ней. Оставалось лишь надеяться, что у Эрика слишком много своих забот и проблем, чтобы обращать внимание на его постоянные оговорки.
И тот действительно явно думал совсем о другом.
– Хочешь сказать, что из своего пистолета я могу убить тебя? – медленно и вдумчиво проговорил мужчина.
– Как мелко ты мыслишь, – досадливо отмахнулся Немо. – Я всего лишь пешка. Я, госпожа директриса, остальные – мы лишь марионетки на ниточках. Даже Тварь… возможно. Хотя мне хочется верить, что нет.
– Значит, есть тот, кто за ниточки дергает? – сделал напрашивающийся вывод Эрик.
– А я о чем говорю? – выразительно щелкнул пальцами в его сторону тот. – Они могут звать его просто Городом, как если бы улицы, дома и здания могли иметь собственную волю, но я не верю в это дерьмо. Я уверен почти на сто процентов, что у Города есть лицо, есть физическое воплощение. И голову даю на отсечение, что это воплощение живет на вершине Обелиска. И если мы туда попадем и разберемся с ним, все закончится. Мы все станем свободны и сможем убраться отсюда. Ты в свой мир, а я… куда угодно, лишь бы подальше отсюда. И ты с твоей пушкой – мой лучший и самый надежный вариант за последние я даже не знаю сколько лет.
Слушая его, Эрик достал свое оружие из кобуры, смотря на него так, будто видел впервые. Теперь становилась понятна агрессивная реакция Немо на то, что произошло с динамиками в Клубе паранормального. Если эти пули предназначались для местного Бога, тратить их на то, чтобы заткнуть разбушевавшуюся тень, и в самом деле выглядело как кошмарное расточительство.
– А почему ты просто не заберешь у меня пистолет? – негромко спросил он. – Зачем тебе я?
Немо этот вопрос насмешил. Он осклабился и покачал головой:
– Думаешь, будь у меня такой вариант, ты бы еще тут сидел? Я не настолько падок на смазливых мужиков, чтобы сохранять тебе жизнь исключительно из эстетических соображений. Сказал же: у таких, как ты, здесь больше власти. Вы можете то, что недоступно нам. Безусловно, существует вероятность, что пушка сработает и в моих руках, но что-то я не готов просрать свой, возможно, единственный шанс на спасение в угоду собственному эго.