Может быть, именно поэтому Эрик так отчаянно жаждал сейчас доказать самому себе, что так было не всегда и что иногда трех пуль было достаточно, чтобы свалить на землю огромный Обелиск. И ради этой цели он готов был работать даже с самим дьяволом – что уж говорить о его самонадеянном надоедливом служке, за которым он сейчас послушно следовал. Цель оправдывала средства.
Цель всегда оправдывала средства.
Глава 15. Городской архив
Путь до городского архива лежал через южные кварталы, в которых Эрик еще ни разу не бывал. Наверное, поэтому ему было сложно перестать глазеть по сторонам, тем более что Немо как воды в рот набрал и других развлечений мужчине все равно не оставалось.
Город здесь был иным, как будто не похожим на самого себя – улицы стали узкими и извилистыми, почти пропали тротуары, а низенькие домишки лепились один на другой, как люди, пытающиеся вместе усидеть на одном стуле. Почему-то мужчине подумалось, что здесь должно и пахнуть соответственно. Нос искал помоечные запахи в воздухе, но тот был словно стерильным – не пахло вообще ничем, даже пылью или людьми. Из-за этого – а еще из-за видимого отсутствия тех же самых людей – создавалось впечатление, что они идут через гигантские декорации. О том, насколько это сравнение близко к тому, чтобы не быть просто метафорой, Эрику думать не хотелось.
– Я как будто видел этот город раньше, – поделился Сай. – Но не вживую. Может, в кино или какой-то видеоигре. Он кажется одновременно очень знакомым и совсем чужим.
Немо покосился на него с весьма явно читаемым на лице недовольством, будто его разбудили посреди ночи, и ответил:
– Город часто перестраивает сам себя, так что здесь постоянно все меняется. Даже мне он порой кажется незнакомым. Для этого тебе и дали карту – советую сверяться с ней каждый раз, когда приспичит добежать до ближайшего круглосуточного. Так, на всякий случай.
– Как будто… кто-то пытается вспомнить, как должно быть, да? – задумчиво произнес Эрик, проигнорировав почти все из сказанного его спутником.
– В смысле? – не понял тот.
Мужчина не ответил, потому что в этот момент его взгляд, рассеянно блуждавший над крышами, сфокусировался на белой стреле Обелиска. Конечно, он замечал его и раньше, но как будто не рассматривал так пристально. По форме строение напомнило ему монумент Вашингтона, который он часто видел на фотографиях и в кино – разве что пропорции были немного другими, потому что Обелиск визуально казался шире. По прикидкам Эрика, внутри вполне могла уместиться целая просторная комната, так что идея о том, что на вершине кто-то жил, не казалась такой уж бредовой.
– Ты пытался туда пробраться? – спросил он, остановившись и всматриваясь в недостижимый монумент. Казалось невероятным, что он такой белоснежный – не только из-за пыли и грязи, которые неминуемо должны были приглушить его цвет со временем, но и из-за того, что в Городе царили вечные сумерки и в тусклом пасмурном свете здание просто не могло так выглядеть. Если только само не было источником света.
– Конечно, – подтвердил Немо. – Раз десять минимум, но все безрезультатно. Одно могу сказать с уверенностью – простых путей туда нет.
– Значит, есть сложные? – не изменившись в лице, предположил Эрик. Его спутник не отвечал, и мужчине все же пришлось перевести на него вопросительный взгляд.
– Помнишь, ты спрашивал, как часто чужакам удается выбираться отсюда? – поинтересовался тот.
– И? – Вопрос Саю показался весьма странным в контексте их текущего разговора.
– Я бы сказал, процент весьма невелик, – выразительно двинул бровями Немо. – Лично на моей памяти их было всего семеро.
– Из… скольки? – Слово на секунду застряло у мужчины в горле, будто некий инстинкт давал ему шанс передумать и не спрашивать. Парень же как будто уловил это его сомнение, потому что тоже заговорил не сразу. А может, ему просто нужно было время, чтобы покопаться в своей памяти.
– Ты никогда не задумывался, почему живешь в Отеле на последнем этаже? – наконец спросил он. – Почему не в любой другой комнате на пятом или десятом? Постояльцев же явно нет.
Но Эрик продолжил молча смотреть на своего собеседника.
– Ладно, – сдался Немо, – каждый из тех, кто попадал сюда, жил именно на последнем. Просто со временем менялся его номер.