- Спокойной ночи, Алина, - сказал он и потянулся к выключателю на стене.
- Нет! – остановила его девушка, заметив, что он собирается сделать. – Свет оставь!
- Ты что, не собираешься спать? – удивился он, подозревая, что она желает прочесть рукопись без него.
- Я собираюсь спать… - тихо и немного обиженно ответила девушка.
- Ты всегда спишь при свете? – снова удивился он.
- Да… - призналась она. – И это не глупо.
- Я и не говорил, что это глупо, - резонно возразил Лёша.
- Но ведь подумал, верно? – задала она стандартный для данной ситуации вопрос, и Лёша не ответил, но виновато улыбнулся, признавая, что да, именно так он и подумал.
Алина посмотрела на него. Он не собирался смеяться над ней, а просто не мог поверить в её необоснованный страх. Она решила пояснить:
- Я не люблю темноту в помещениях, когда нахожусь одна…
- Ты не одна – за стеной я… - он указал рукой на предназначенную ему кровать, находившуюся в соседней комнате. – Тебе нечего бояться… Между нами лишь несколько метров и тонкая стена… - попытался объяснить он, но тут же подумал, что именно такие подробности могут только больше напугать девушку. – Слушай, меня бояться нечего, это мы, кажется, уже выяснили… И я буду рядом… Могу дверь не закрывать… Но спать при свете… это неправильно…
Алина не стала говорить, что хотела бы, чтобы он был более рядом, чем в другой комнате. Так же она не стала объяснять, что не выключает на ночь свет с того времени, как стала жить в одиночестве. Не стала вспоминать, что и парня-то своего долго не решалась бросить из-за нежелания оставаться одной, хоть и понимала, что он не тот, кто ей нужен. Неужели она настолько боится темноты, что даже, когда в соседней комнате будет спать человек, это не поможет? Девушка смущённо улыбнулась, чувствуя себя глупо.
- Ты прав, - признала она справедливость его слов. – Спать при свете ненормально. Выключай.
Лёша слегка улыбнулся в ответ, и тихий щелчок выключателя погрузил комнату в темноту, хотя от соседней комнаты в неё проникала полоса электрического света. Алина слышала, как мужчина пошёл к выделенной ему кровати, не стараясь быть бесшумным. Старые половицы поскрипывали под его шагами. Вслушиваясь в каждый мельчайший звук, девушка различила, как он скинул с ног шлёпки, откинул одеяло, отчего оно с шуршанием скользнуло по старым обоям, и как выдернул шнур от ночника из розетки, чтобы не вставать лишний раз.
Сам мужчина с удовольствием полежал на кровати, не утруждая себя снятием халата, глядя в тёмный потолок и прокручивая в голове события этого дня. Ничего плохого не случилось, и даже подёнки не выследили его на этот раз. Всё было хорошо. Лёша знал, что при том, что он затеял, так будет недолго и следует наслаждаться каждой секундой покоя.
Ночь была тёплой, и потому он всё-таки разделся, радуясь тому, что у халата нет ненавистных пуговиц. Вскоре он уснул. Засыпать, когда нужно, не предаваясь лишним мыслям, всегда получалось у него отменно. И сейчас он знал, что отдых необходим.
Зато девушке никак не удавалось заснуть. Темнота её не тревожила: она ощущала Лёшино присутствие, и это её успокаивало. Однако добытая рукопись не давала покоя. Хотелось сейчас же прочитать всё, что там написано, проверить, насколько Лёша похож на того, кого описал Артур.
На какое-то время девушка провалилась в короткий сон без сновидений, но мозг не был готов к отдыху. Где-то между пятью и шестью часами этой удивительно тихой ночи в голову Алины стали приходить совершенно предсказуемые, но от этого не менее навязчивые мыслишки, мысли и мыслища. В категорию первых входили мелкие идеи, самая яркая из которых заключалась в том, что ей очень хотелось кушать, но не хотелось будить Лёшу своими скитаниями по дому; в категорию вторых – что мужчина, так неожиданно ворвавшийся в её жизнь, безумно привлекателен; а к категории третьих относились неудачные попытки дать хоть какое-то объяснение происходящим с ней событиям.
Но внезапно, разрушая всё чудом восстановленное спокойствие, где-то на чердаке послышался шорох. Девушка открыла глаза. Темнота. Как же непривычно просыпаться ночью и ничего не видеть. Сердце учащённо забилось. Тревожно и страшно. А ещё одиноко, словно она одна в этом мире, полном зловещей темноты и таинственных шорохов. Нет, она не одна – за стеной Лёша. Конечно, он там! Чёртовы глупые страхи! Темнота вовсе не равняется пустоте и одиночеству. Она постаралась взять себя в руки, но шорох на чердаке повторился. Душа ушла в пятки. Наличие кого-то наверху подтвердилось, а вот присутствие в соседней комнате человека было под вопросом для перепуганной девушки.